Газ теперь давали не всегда, и напор был очень слабый. Иногда на то, чтобы вскипятить чайник, уходило по часу. Всё же здОрово нас выручала вовремя запасённая батей походная газовая печка с запасом баллончиков. ‘Бешеный Макс-2’. Смотрел, и со злостью думал про этого негодяя, который украл мой ствол. Я досмотрел его уже почти до конца, когда в комнату вбежала мама. Глаза у неё по пять копеек, как выражался батя – я таких монет в жизни не видел. Короче, она была очень испугана. – Серёжа, Серёжа, у подъезда какая-то свалка; там какие-то люди в дом ломятся!!! Меня с дивана как ветром сдуло, – вот чёрт, а я и не слышал ничего, в наушниках-то! А меня и оставили-то дома именно чтобы присматривать за происходящим.
.. Сдёрнув наушники и отбросив комп, я рванул к окну. Во, бл..! Действительность оказалось хуже всяких ожиданий! Возле нашего подъезда толпилось человек пятнадцать – восемнадцать, судя по всему – гопников. Молодняк. Кого-то, окружив, они азартно пинали. Ещё несколько человек кидали в окна камни.
Стоял гвалт, звенели выбитые стёкла – как я не услышал раньше! – это всё из-за наушников! Выскочив из квартиры, я понёсся вниз. Слава богу! Железная дверь в подъезд была заперта изнути. Около неё толпились несколько жильцов, все растерянные, одетые кто во что, большинство в домашних тапочках... Я-то, как знал, сразу в кроссовки впрыгнул. На площадке первого этажа несколько женщин клубились на кем-то, лежащим на грязном полу. Я протиснулся между ними, и увидел кто это – бабка с верхнего этажа; я всех, кто выше нашего, третьего этажа, смутно представлял кто на каком живёт, хотя в лицо-то всех знал, и, конечно, здоровался.
Бабка лежала на спине и надрывно стонала. Всё лицо в крови, всё платье на груди в крови, глаза зажмурены. Ой-ё!.. Я присмотрелся и увидел что у неё дыра в голове, вмятина над левым ухом, седые волосы слиплись, и оттуда расплывается тёмная лужа. Окружившие её тётки суетились и мешали друг другу, то поддерживая её голову, то прикладывая скомканные тряпки к ране на голове.
Лица у всех ошалелые. И тут в дверь подъезда чем-то звонко ударили. Меня как отбросило от этой бабки, я кинулся к двери подъезда, где четверо мужиков лихорадочно и бесцельно метались перед запертой изнутри на перекладину железной дверью, стараясь как-то ещё добавочно укрепить засов. В дверь снаружи колотили чем-то металлическим. В решетчатое окошко входной двери с давно выбитым стеклом показалась рожа молодого дебила. – Открыли, быстро, нах.
