Нарисовали на листке ‘маршрут’, Толик его заучил, переоделся в старую грязную рабочую одежду, в которой он долбил полы и ломал мебель, мы поставили ‘контрольные точки’ – листки от блокнота с номерами, в определённых местах, батя отключил все самострелы и мины от электоропитания... Получилось классно: батя на первом этаже занял позицию с секундомером, в условленное время шмальнул холостым из нагана... Я был на площадке шестого этажа, – услышал как на двенадцатом гулко хлопнула после выстрела квартирная дверь, и дальше понеслось: на лестнице то хлопали двери, то слышался приближающийся дробный топот Толяна, – он нёсся как паровоз, ныряя из квартиры в квартиру, перемещаясь где через проломы в полу по вертикали, где через проломы в стенах по горизонтали, минуя некоторые этажи даже не выходя на лестницу, не забывая срывать листки блокнота с пометками этажа.
.. Через несколько минут он вывалился из распахнувшейся двери квартиры на 6-м этаже, весь уже мокрый от пота, с красной рожей, задышливо дыша, не глядя на меня выдернул у меня из руки очередной листок с номером, и сыпанул вниз по лестнице, ловко лавируя между нашими ‘баррикадами’, и вновь скрылся в квартире на пятом этаже, чтобы мигом спуститься на этаж ниже через пролом в полу по тросу, переместиться в соседнюю квартиру через пролом в ванной, оттуда выскочить в комнату, обогнуть шкаф, там, в углу, спрыгнуть в пролом (осторожно, не зацепившись за торчащую арматуру!) на подставленный шкаф, с него спрыгнуть на диван, выбежать в соседнюю комнату, там за письменным шкафом брякнуться на четвереньки и ужом проскользнуть в соседнюю комнату – кухню, через узкий пролом-лаз в стене, замаскированный кухонным шкафчиком; там выскочить на лестницу, – в соседнюю квартиру.
.. -Аттлична! – раздался крик бати, сигнализирующий, что Толян достиг финиша. Я, хотя спускался к первому этажу просто по улице, лавируя среди ‘укреплений’, и то оказался там позже Толяна. Тот был взмыленный как после кросса по жаре, но довольный как слон.
– Во!.. Фотофиниш!.. – он предъявил нам пачку собранных ‘квитанций’, говорить членораздельно он ещё не мог. – Да верим мы, верим! Молодца! – радостно поздравлял его батя, – я не ожидал! Ты, блин, как торпеда! Только с сильно извилистой траекторией, ха-ха-ха! Глиссер! Шесть минут четырнадцать секунд! Первый рекорд Крысиной Башни! Ай, молодца! Крыс! – начал тут же подзуживать меня, – а тебе слабо обновить рекорд? – А сам-то?!.. – Обязательно.
