Крысиные гонки

В чём это сотрудничество должно будет заключаться, Ирина отвечала уклончиво, «держаться вместе, а там папа скажет» — это всё, что из неё удалось выжать.

На вручённой на входе листовке на принтере было отпечатано «За Родину и Выживание!», дальше шёл текст:

«Товарищи! На дворе опять предвоенное время. Вскоре нам предстоит проститься со всем тем, что мы считаем своей жизнью: с работой, с квартирой, значительной частью родных и близких. …»

Ох ты, ох ты… Дальше красочно, в сочных народных выражениях объяснялось, что только сплочение, и только под руководством… Заканчивалась листовка призывом:

«Получи простой чёрный квадратик, зарегистрируйся в Организации, выполняй правила Организации, участвуй в делах Организации! И Организация позаботится о тебе и твоих близких.

Самое главное в этом во всем — сломать любые встретившиеся тебе на пути чужие правила, особенно неписанные. Те правила, сгибаясь под которые, ты едва не стал Неповторимой Индивидуальностью, Берущей От Жизни Все. Продави свое, вытащи и примени свою волю, переломай на свой лад своей волей хотя бы эту смешную реальность, с которой сталкиваешься в сети.

Попробуй жить по-пацански в реальной жизни, а там, глядишь, понравится — и ты научишься быть хозяином в своей стране.»

Вот так вот. «Организация». Почти Коза Ностра, то есть «Наше Дело». Ну, можно было ожидать…

Наконец свет стал чуть ярче, зажглись прожектора направленные на сцену, занавес на которой был с самого начала уже раздвинут; даже заиграла какая-то бравурно-воинственная музыка, и на сцену вышла симпатичная девушка, как и «штурмовики» у входа тоже вся в чёрном, в чёрных джинсах и чёрной блузке, и тоже, как было видно, с квадратом с белыми цифрами на левой стороне груди.

Хорошо поставленным голосом в микрофон она сообщила, что сейчас перед собравшимися выступит человек, который… дальше из её речи собравшиеся поняли, что «этот человек» — по сути единственная надежда страны, что «он знает где выход из тупика», «настоящий патриот», «сплочающий вокруг себя здоровые силы общества»…

Вовчик дёрнулся — фраза разительно напомнила ему слышимое во время путча из телевизора «Все здоровые силы общества как один человек поднимутся на защиту от посягательств…», и происходящее сразу потеряло для него некий элемент романтики: огромный слабо освещённый зал, суровые парни и мужчины в милитари, «штурмовики» на входе, листовка вот «за Родину»… а на выхлопе — разбитые окна, подавленные сапогами цветочные мамины горшки и спизж…ый мобильный телефон.

Он приуныл.