Крысиные гонки

— Я ей говорю: бабусь, пшла нах! Я теперь госслужащий по сути, и буду охранять твой покой, поняла, старая?? И горбатиться на твоём огороде тоже больше не буду! И вааще!

— Крууут… — Владимир тут же вспомнил «никоновских дембелей» и их пьяные базары про «мы тут всех охраняем!»

— Вот. Да. Официально у меня оружие, да, Громосеев дал, а он… ну, вы знаете. Скоро, грят, вообще на повышение в район пойдёт! — приврал мимоходом Хронов.

Он снял с шеи ремень и теперь, демонстрируя, размахивал ружьём довольно-таки безалаберно.

— Вить, а ты по делу или как?.. А, слушай, Вить, ты это… не наставляй ствол на человека, а? неположено это.

— Ху-гы, хы-гы, — радостно ощерился Хронов, — Что положено — на то х. й положено!

— Чо хотел-то? — видеть направленный себе в живот ствол ружья, да ещё находящегося в руках явного недоумка и неадеквата было неприятно, и Владимир постарался сместиться в сторону.

— Да не трусь… Чо, ссышь?.. Я всё контролирую. Собрание сёдня, поняли? В два часа. Громосеев звонил, чтоб не разбегались никуда. Новые порядки будет озвучивать.

— А что за порядки, Вить? И, слушай, ты ружьё поставь в угол, что ты им размахиваешь, не наигрался ещё?

— Порядки… Новые! Он и скажет.

Да не ссы, не выстрелит, я контролирую. А ты, оказывается, ссыкло, коммерсантский сынок, хы!

У Владимира взбухли желваки. Сссука! Против того, зарезанного в Никоновке парня он, в общем, ничего не имел лично — и тем не менее убил его, «из деловых соображений». А вот против Хронова он имел, и последнее время всё больше. Достал Хронов.

Достал. Дать сейчас по башке… «госслужащему»? Нет, нельзя. Закопаешь мразь, а отвечать придётся как за человека.

А Хронов продолжал разоряться:

— Да вааще!.. Хули там Громосеев! Скоро всё по другому будет! Всё! По другому!

— Что «по другому», Вить? — переспросил Вовчик, тоже с недовольной гримасой уклоняясь от на тут же нацелившегося на него ствола.