Крысиные гонки

— Стекло у лампы разбили… — послышался горестный голос Кати, — Керосин разлили, чуть пожар не устроили. Подругу свою ногами били… Бесы в нас…

— Ой-ой, бесы. Так ей и надо. И не подруга она. И правильно.

— Завтра в церковь пойду. Замаливать. Батюшка, может, посоветует что. Исповедуюсь.

— Да брось ты, Катька, всё правильно было! Надо было проучить эту вертихвостку. Ишь, ещё НАМ будет рассказывать, как оно было там, на поляне, ага! Будет ещё нас оскорблять!

— Если до завтра Хронов нас тут не перестреляет! — сказал кто-то.

— Не. Забоится. — после паузы кто-то уверенно опроверг, — Пока мы вместе — забоится. Парни не поддержат.

— Парней он муштрует… Кать? Завтра в церкву пойдёшь — поговори там с батюшкой, может нам туда перебраться?

— А что. Там стены каменные, и свои вокруг. Ну, в смысле, не деревня. Церковь опять же.

— Не, реально звереем, девки… Тоже завтра в церковь пойду.

ПЛАНЫ. ЦЕПНАЯ РЕАКЦИЯ

— …Эээ, мы вот так пойдём! — Борис Андреевич двинул фигуру на шахматной доске.

Костька Морожин шмыгнул носом, и принялся вновь соображать над складывающейся на доске ситуацией; а откинувшийся на стареньком диванчике староста вновь начал философствовать. Артисту позарез нужна была аудитория, нужно было излагать свои взгляды на жизнь, на людей, поучать и потрясать умы, — тут, в глухой нищей деревне это было проблематично, кроме того нельзя было раскрывать своё прошлое, — «по легенде» он ведь не более чем бухгалтер одной из небольших мувских организаций.

Алкаш и маргинал Морожин был неважная замена огромному (как сейчас казалось) и роскошному залу Мувского Драматического, но он был рядом, он был послушен, покорно выслушивал длинные и зачастую малопонятные для него сентенции старшего товарища, довольствуясь платой за своё внимание в виде сигарет и домашней наливки.

— … понимаешь, Костя, вот насчёт детей ты вопрос поднимал…

— Я не поднимал! — не поднимая головы от доски возразил Морожин, но Артист его возражение игнорировал.

— У большинства людей это как в БИОСе прошито: давай-давай, учись, получай специальность, работай-работай, а главное — заводи семью и нарожай детишек! Это как какое-то коллективное помешательство! Люди живут как вагоны, катящиеся строго по железнодорожному пути. Как будто всё предопределено. Нарожай детей, заботься о них, «поднимай» их, потом сдохни…

— Ну а как же иначе?.. — буркнул Морожин.