Соболевы не пришли на помощь, когда это требовал долг вассального Рода. Каждый из них до сих пор не прощён и не заслужил прощение.
— Мне кажется, им и здесь неплохо живётся.
— Ты прав. Как в золотой клетке. В том и проблема. Вы все привыкли так жить, получили некоторые свободы со временем и расслабились. Вы можете посещать другие города, путешествовать, отдыхать на дорогих курортах. Вы больше не стремитесь выбраться отсюда и заслужить милость Императора. А Император вас бережёт. Вы же Одарённые. В жилах каждого из вас течёт уникальный Дар.
Именно потому вы всё ещё живы, именно поэтому ваши семейства не уничтожались под корень.
— Я думал, потому что Император Всемилостив.
— Прикуси язык парень. Некоторые расставались с головой и за меньшее.
— Тогда в чём тогда весь смысл наказания, если они… мы, по большому счёту ничем не ограничены и можем делать что хотим?
— Майки, Майки… Ты не был в большом Мире! Ты не был в обществе настоящих аристократов, не был на аудиенции Императора, ты не гулял среди себе подобных в Зимнем Саду Китежа, восстановленного по милости нашего Императора.
— Он задумчиво помолчал. — Есть места, куда вам нет доступа. В таких местах вы просто самая обычная чернь.
Радимир взял паузу, сделал несколько больших глотков из бутылки и снова продолжил:
— Ты можешь представить себе деревенского конюха в сапогах по колено в лошадином дерьме, прогуливающегося по Эрмитажу? Вот ты для настоящих, свободных аристо такой вот конюх. Это здесь вы цари, там вы грязь под ногами.
Понимаешь, какое это унижение? Вы сидите здесь, возитесь в своей песочнице и даже не пытаетесь выбраться в город, заслужить прощение и уважение Императора. Вам не нужна свобода!
— А как же Алексей Романов?
— Твой отец?
— Да. Он теперь свободен! Выбрался отсюда и всего лишь потерял фамилию. Не думаю, что он сильно горюет по этому поводу.
— Да кто он теперь, без имени и Рода? — Отмахнулся Радимир от меня. — Быдло, живущее там, где его презирают.
— Или обеспеченный человек, живущий в своё удовольствие подальше отсюда и купающийся в деньгах? — Сделал я вид, что не знаю о сидящем в тюрьме отце Майка.
— Ты многого не знаешь, парень. Твой отец… Ему было поручено определённое задание. Он должен был вывести капитал из крупного фонда, и… и кое-что ещё. Первую часть он успешно выполнил, а вот со второй налажал. Решил оставить деньги себе. Идиот! Мне кажется, у живущих здесь, размягчаются мозги без должного напряжения и от постоянного простаивания.
