Кстати, о птичках, или Возьму принца в хорошие руки!

Крепкие, однако, зубы у такой малявки! Впрочем, Нарин чих, помнится, тоже любит так повисеть — только, в основном, на чьих-нибудь штанах. За питанием своих питомцев Нара все-таки строго следит.

Вася недоуменно мотнула башкой — а заодно и индейкой. Вольдемар мотнулся тоже, но зубов не разжал.

Все это произошло в считаные секунды — я, как и большинство моих соседей по столу, едва успела вскочить, чтобы попытаться как-то помешать творящемуся безобразию.

Безобразие, правда, желало твориться дальше. Или, точнее, Васенька желала кушать, и никакие конкуренты и сотрапезники ей в этом деле были не нужны.

А потому она с треском расправила крылья, мазнув ими по лицу меня и, кажется, кого-то еще по ту сторону стола, подобралась — и взмыла в воздух.

Вместе с индейкой. И с Вольдемаром, разумеется.

В последнюю секунду я успела ухватить собачку за задние лапы и попыталась потянуть на себя — правда, почти сразу и отпустила. Просто потому что шансов порвать собачку показалось больше, чем вернуть ее в любящие объятия безутешной хозяйки.

Тем временем означенная хозяйка, кажется, решила, что я намеренно натравила мантикору на ее песика. Отчаявшись вернуть своего Вольдемара сию секунду, принцесса Риенна с побелевшими от бешенства глазами навалилась на стол, кажется, собираясь через него перелезть, чтобы добраться до меня. В одну ее руку вцепился какой-то олменский дипломат, сообразивший, кажется, что дело пахнет международным скандалом. В другую — ее же сестрица Талиэль, которой пришлось, правда, для этого практически сесть на колени оторопевшему от неожиданности Лиаму.

Наверное, напрасно она это сделала. А может, все дальнейшее было уже неизбежностью.

Где-то под столом бухнуло и сразу звякнуло и дзынькнуло — как будто что-то разбилось.

А в следующие несколько секунд в зале воцарился чистый, беспримесный хаос.

Единственная мысль, которая вертелась у меня в голове в эти мгновения, — «Смешались в кучу кони, люди…».

Все началось с того, что край стола вдруг встал на дыбы.

И тотчас из-под скатерти выпростался розовый хобот, который громко затрубил в потолок. Одновременно Лиам, ужом вывернувшись из-под Талиэль и быстро пригнувшись, нырнул под стол. То же самое сделал его старший брат Райан.

Спустя еще миг по залу будто прошла волна, распространявшаяся вокруг этого самого хобота. Со всех сторон слышался треск, грохот… а еще хлопание крыльев, рычание, блеяние и, по-моему, мяуканье.