Мне казалось, этот кто-то должен быть огромен. И что он связан с Людьми Льда.
Верно! Теперь я больше не сомневалась.
То неясное, что я видела во сне – вот что стояло за моей спиной. Но так уж оно реально и материально?
– Эге-гей, – закричал Асбьёрн. Голос его звучал совсем рядом и так громко, что я невольно вздрогнула. И вот оба передо мной – запыхавшиеся, потные, возбужденные. Язык у пса волочился, словно галстук. Асбьёрн довольно вздохнул.
– Что, все сидишь?
Я медленно вздохнула. Посмотрела на мужа с благодарностью.
С их появлением мне стало легче. Я даже осмелилась скосить глаза назад. Да, за моей спиной действительно никого не было. Или правильнее сказать «уже никого не было?»
Рассказанное выше произошло тогда, когда я заканчивала сагу о Хейке. Я уже писала о том, что история Хейке изложена в десяти томах. Он погиб от ядовитого дыхания Тенгеля Злого. С гибелью Хейке во мне будто что-то сломалось. Мне трудно было распрощаться с ним. История оборвалась. Как я буду ее продолжать?
И тем не менее, не успели мы вернуться с Худе Моар, как я тут же направилась к пишущей машинке.
Название 29 тома «Саги о Людях Льда» пришло на ум само собой «Любовь Люцифера».
Я снова начала работать. Не знаю откуда взялась одержимость, но я работала не переставая.
И думала о том, что же все-таки случилась со мной там, на поляне. Я больше не контролировала себя, голова работала независимо от моего желания.
Мне казалось что я… Как бы это сказать? Перестала управлять собой?
В ноябре 1985 года, только закончив сагу о Хейке, я посетила художественную выставку.
Там я увидела мужчину лет тридцати пяти. Увидев его лицо, я похолодела. «Бог мой, это же вылитый Хейке!», – подумала я.
Оказалось, что мы коллеги, много слышали друг о друге от друзей, а вот сейчас встретились в первый раз. Друзья говорили, что у нас родственные души. В этот день началась наша дружба. Настоящая дружба встречается редко. Мы подружились несмотря на разницу в возрасте: в наших отношениях не было никакой эротики. Мой помощник (я расскажу о нем позднее), дал мне все.
А вот теперь мне, наконец, посчастливилось обрести настоящего друга.
И все же мне казалось, что я встретилась с живым Хейке. У него даже уши были такими же, как у Хейке – заостренные тролличьи уши. Он так и остался Хейке, и кроме всего прочего послужил прообразом Марко.
А если вы посмотрите на Тамлина в «Демоне ночи» работы нашего прекрасного художника-иллюстратора Свейна Сулема, то и в нем найдете портретное сходство.
