– Возвращайся в свое темное царство, мой падший брат, – громовым голосом возвестил Михаил. – Отпущенное тебе время на земле истекает в конце столетия.
Выпрямившись, Люцифер словно стал выше ростом.
– Я решил остаться здесь, – мягко, но решительно ответствовал он. – В этот раз я останусь тут, так как мир нуждается во мне. Причем не только человечество. Во многих, слишком многих религиозных общинах принижают значение животных и растений только потому, что они не могут молиться Его Светлости. Никто лучше меня не знает каково находиться в опале!
– Не дерзи! Господь послал меня с приказом вернуть тебя назад.
А он могущественнее тебя.
– Не долго ему обладать могуществом и силой. Моя власть будет простираться надо всем миром. Мой сын подготовил мой приход во всех религиозных общинах и у представителей всех властей. Христиане далеко не одиноки в своем мнении, что боги слишком мало помогают человечеству.
– Неужели ты сам не понимаешь, насколько ты стал опасен для Его Святейшества? Ты слишком успешно преграждаешь людям дорогу к Нему.
Но ты не сможешь победить. Его Святейшество все так же обладает властью над тобой. А потому возвращайся назад в свою бездну, туда, где тебе и надлежит быть.
Люцифер долго стоял не двигаясь, глядя на своего бывшего друга.
Благородное лицо Светлого Ангела все больше выражало покорность, становясь все более усталым и унылым. Габриэл не мог спокойно смотреть на такое поражение. Он отошел от группы и присел около утеса, сравнительно недалеко от возвышенности и поляны.
Он хорошо расслышал ответ Люцифера:
– Я знаю кто из нас сильнее, а потому могу осуждать.
Михаил сделал угрожающее движение мечом:
– Я не верю ни тебе, ни твоей шайке, что состоит из ангелов, последовавших в тот раз за тобой. И я желаю, чтобы вы исчезли. Там, где твои несносные родственники открыли вход в другие миры.
– Нам совсем не обязательно идти этой дорогой, так как мы можем много больше. И мы не сделаем отсюда ни шагу до тех пор, пока вы не признаете, что поступили со мной крайне несправедливо.
– Его Светлость не совершает несправедливости.
– Кто это сказал?
– Его Светлость.
– Звучит в рифму. И кто же, интересно, позволил человечеству страдать, воевать, испытывать нужду и глубочайшую скорбь?
– Сами люди.
Казалось, Люцифер очень устал. И произнес, словно про себя:
– И они молятся Богу, которого всегда ублажали как могли, а тот обещает им взамен поразить всех врагов игрушечными мечами и прочей ерундой.
