Он весело поприветствовал нашего пса, завел с ним только им одним понятный разговор.
Я не решилась спросить, есть ли у него собака, так как хорошо помнила, что ранее у Габриэля был четвероногий друг, к которому парень был крепко привязан. Как же его звали? Пейком, кажется. Пес уже в то время был стар, и Габриэл очень за него боялся. Часто случается, что люди, имевшие собак, к которым испытывали сильную привязанность, не покупают новых. Боятся привязаться снова и испытать чувство потери еще раз.
Мне в последние годы жилось хорошо.
Все складывалось прекрасно, удача словно сама шла в руки. Осознав, что из моих мечтаний могут получиться неплохие романы, я тотчас же взялась за перо. В это время у меня в голове созрел замысел уже тридцатого по счету романа. Мне нравился жанр развлекательной литературы, и я с большим удовольствием принялась писать для журналов, издавать книги в мягкой обложке.
Издательство, с которым я сотрудничала, уже давно просило меня написать целую серию из судьбы какого-нибудь рода.
Сначала все это показалось мне ужасно скучным. А потом я вспомнила книги о прекрасных дамах, живущих в усадьбах, скачущих галопом на лошадях, гордо идущих на костер; прекрасные мужчины, сраженные любовью… Я продолжала писать романы.
– Знаете, я часто думала о вас, – произнесла я, как только мы, то есть я, Асбьёрн и Габриэл уселись за столик с чашечками кофе. – Как вы живёте?
– Спасибо, хорошо. Все тихо и спокойно, – вяло отозвался Габриэл.
– Вас не назовешь очень жизнерадостным.
– Да как вам сказать…
– Понимаю. Такие события не проходят бесследно.
– Вы правы.
Асбьёрн засобирался на работу. После его ухода мы с Габриэлем переместились в гостиную. Все трое детей выросли, обзавелись своими семьями. Слушать нас мог только пес; да и тот был всего лишь молчаливым слушателем. Он долго клянчил, наконец оказался допущенным в гостиную, и теперь ожидал чего-нибудь вкусненького. Габриэл слегка почесывал его, думая о своем.
– Я в полном неведении о том, что произошло потом, после того, как мы расстались в Оппдале.
Звонила летом, но… не застала. Раз вы здесь, значит, все утряслось. Что же все-таки произошло?
Габриэл приступил к рассказу о поездке в Долину Людей Льда, о разыгравшейся наверху драме. О битве духовной рати, о Большой Бездне и завершающем этапе борьбы, в котором принял участие Натаниель.
Признаться, я успела позабыть, насколько захватывающими могут быть приключения Людей Льда.
