И не возразишь тут, слишком остро я чувствую, что между нами сейчас происходит что-то большее, чем просто секс. Яргард, сцепив зубы, даёт мне пару секунд приноровиться к нему, а потом с глухим рыком толкается снова, поднимая угасшую волну снова, начиная двигаться, сильно, глубоко, нагнетая мои и так зашкаливающие чувства. Внезапно вместе с удовольствием, я начинаю ощущать, как растёт внутри ещё что-то, пугающее, сильное, незнакомое. Так, должно быть, чувствует себя пустой сосуд, который внезапно начал наполняться, хоть до этого даже не осознавал своей пустоты.
— Яр. — хватаюсь за простыни, выгибаюсь дугой, сама не зная чего больше хочу, убежать от этого, или принять. — Яр, что это?
Мужчина моргает непонимающе, смотрит с лёгким прищуром и в глазах зажигается изумление.
— Магия. К тебе возвращается сила. — хрипит он, опускаясь на меня, зарываясь ладонью в волосы. — Не сопротивляйся этому, Нэлли. Просто прими.
— Мне страшно. — Это ослепляет, выжигает изнутри. Это наслаждение с оттенком муки. Это боль на грани удовольствия.
— Я не выдержу.
— Должна, маленькая. Я рассчитывал, что сила вернётся к тебе постепенно, а не так. А теперь это уже не остановить. Я могу лишь подстраховать тебя. И дать то, что должен. Смотри на меня.
Рука в моих волосах, глаза в глаза, резкие толчки внутри. Я задыхаюсь и кричу под ним, но мужчина неумолим, как и прибывающая магия. Это за гранью моих возможностей, это больше чем я могу принять, но у меня снова нет выбора. И мне остаётся лишь умирать от этой боли-наслаждения, от чувства, что я растворяюсь в этой агонии, в подступающем сокрушительном оргазме, в этой силе и данном мне судьбой мужчине.
— Не борись, Нэлли. Прими. — рычит Яр мне в губы и ко мне приходит осознание, что этот шквал закручивает и его тоже. Что он не оставил меня на растерзание раздирающий изнутри магии, а оттянул часть удара на себя. Снова защищая.
Этой мысли хватает, чтобы отпустить ситуацию, перестать сопротивляться, отдать себя на волю стремительной стихии. И ему.
На что похоже ощущение полной потери себя? Наверное, на свободный полёт, когда прыгаешь в пропасть спиной вперёд и летишь, смотря на звёзды из-за мужского плеча, лишь надеясь, что тебя удержат сильные руки.
Или даже не надеясь, а лишь упиваясь ощущением полёта и абсолютной свободы. И наслаждения, жгучего, острого, невыносимого, от которого сходят с ума все нервные окончания. Но он держит, настигает в своём собственном освобождении, бормочет что-то ласковое на ухо, снова целует искусанные губы.
