— произносит он, зарываясь лицом в мои волосы. По телу бежит приятная дрожь, но я окончательно перестаю понимать, что всё это значит. — Мы тебя разбудили? Извини.
— Нет. Я проснулась от… плохого сна.
Улавливаю нотку тревоги.
— Что тебе снилось? — спрашивает Яр, увлекая меня к креслам.
— Пещеры. — морщусь я и ошарашенно выдыхаю, когда вместо того, чтобы усадить отдельно, король садится сам и притягивает меня к себе на колени.
— Извини, что меня не было рядом. — излучая довольство, шепчет на ухо, посылая волну мурашек по телу.
— Мы с Севастьеном как раз о пещерах и говорили.
— Я так и подумала. — признаюсь, пытаясь не таять в его руках. Что же он творит? Зачем? Обещал ведь. Хотя стоп! Обещал быть искренним наедине.
Что он задумал, зачем всё это. Со стороны выглядит будто… будто кое-кто непрозрачно так обозначает свою территорию. Это что ещё за игры самцов?
— И что там в пещерах, нашли что-нибудь? — поднимаю взгляд на Гиерно и от насмешливого понимания в его глазах непроизвольно вскидываю брови. Мысли читать не умею, но трактовать это выражение иначе, чем: ”Я же говорил”, — просто невозможно.
— Да. Мы обследовали ловушку, и Скар смогла узнать почерк этого умельца. Это маг, что ходит в любимчиках главы картеля Серых Кафтанов, того самого, где состоял и наш зельевар. Больше того, наш молодчик приходится племянником мастеру зелий. В принадлежащем ему доме мы никого не нашли, но Скар уже вышла на след и теперь его поимка дело лишь времени.
— Вышла на след? — недоумённо вскидываю я брови.
Как-то странно это звучит.
— Да. — хмыкает Гиерно. — Это её дар. Моя ученица — лучшая ищейка в королевстве. Она может найти кого угодно и где угодно, умеет распознавать магические почерки и имеет ещё много полезных талантов, которые заставляют мириться с её несносным характером.
— А мне она показалась довольно милой. — замечаю я, вспоминая смешливую блондинку. — И имя у неё очень красивое и… необычное.
Для этого мира точно необычное, потому что слишком уж знакомое мне. Но мало ли, какие совпадения бывают.
Гиерно со смешком качает головой.
— Милой она, конечно, бывает, но крайне редко. Скарлетт — сирота, я… встретил её, когда ей было девять и она промышляла на улицах столицы. Меня впечатлил талант мелкой воришки, стало жаль, что такие способности пропадают даром и забрал её в свой дом, оформив опекунство. А имя ей, насколько мне известно, дала бабушка, которая воспитывала девочку, пока была жива.
Сказать, что лорд меня удивил, это ничего не сказать.
