А потом расследование против семьи Шаньерг завершилось. Гиерно поднял всю документацию и счета герцога и, помимо доказательств причастности того к махинациям графа Коглэй в Северной провинции, нашёл ещё много чего интересного, в том числе и документы на покупку баснословно дорогих драгоценных гарнитуров для дочери. Этими украшениями девушка потом и рассчиталась с мастером зелий, его племянником-магом и наемниками, которых он для неё нашёл. Обнаружились и кое-какие неожиданные моменты. Например то, что бывший советник имел весьма тесные связи с Аргандой и Босварией.
Магистр, как показало длительное и тщательное расследование, ни в содействии с отцом, ни тем более с сестрой виноват не был. Кстати, о моей, так называемой “родине” — мы так и не разобрались толком, что именно за цели преследовал король Гельмут, стравливая родную дочь с её мужем. Я порывалась попытаться это как-то узнать, но Яр мне строжайше запретил выходить на связь с “папочкой”, аргументируя это моей безопасностью.
Пришлось обещать, что я в это лезть не буду. Хоть мне и интересно, а ещё не покидает ощущение, что эта проблема ещё точно всплывёт. Напрягало отсутствие реакции Гельмута на изменения в поведении дочери и повторный обряд в Храме, о котором ему точно доложили. Подозрительно это как-то. Но поживём — увидим.
А сейчас, я отвечая на вопросы моих студентов, внезапно замечаю Яра у входа в аудиторию. Извинившись и обещав ответить на всё в следующий раз, пробираюсь к двери. Замираю перед мужем, подозрительно вскидываю брови.
— Что-то случилось?
— Нет. — улыбается он и хватает меня за руку, чтобы притянуть к себе. Вторая его ладонь уже привычно накрывает мой огромный живот, словно проверяя, как там поживают его принцессы. — Разве что-то обязательно должно случиться, чтобы я захотел увидеть любимую жену?
— Ты палишь всю контору. — вырывается у меня, когда меня бесцеремонно обнимают и целуют на глазах у всей аудитории.
— Нэлли, это ты у нас глазастая и видишь через иллюзии и любые маскирующие заклинания.
Остальные на это не способны. — воркует король, прикусывая моё ухо. — Долго ещё твои почитатели будут тут толпиться? Я внезапно обнаружил, что меня сильно заводит один привлекательный магистр. Так и представляю тебя на этой кафедре с раскинутыми для меня ногами.
— Яр. — возмущённо шиплю я и оглядываюсь, не слышит ли нас кто-либо. Однако сразу же понимаю, что на нас вообще никто не обращает ни малейшего внимания.
