От Павла Юрьевича Ершова сейчас пахло Андреем Ильичом Поморовым.
Когда Настя наконец успокоилась, она задала вопрос:
– Почему нельзя позвонить Феде?
– Потому что из-за него я теперь Ершов, – пояснил тренер, – натворил дел, дурак!
– Что сделал Стентин? – испугалась Сиротина."
"Хозяин кабинета нахмурился.
– Я разве когда-нибудь давал вам задание выстрелить в кого-то, ударить ножом, придушить? Нет. Преступники, которых мне поручали убрать, умирали сами, мы только создавали особые ситуации, меняли им лекарства или портили что-то дома, в офисе.
Но сами вы убийцами не становились. Я не одобряю прямого насилия и воспитанников киллерами не делал.
Настя слушала его, приоткрыв рот. Возразить ему: «Вам не кажется, что пустить человеку пулю в лоб или положить в его аптечку вместо лекарства яд – это одно и то же» – ей не пришло в голову. Для Сиротиной тренер всегда был прав, а в день, когда он восстал из мертвых, Поморов оказался втройне прав.
– Федор и Антон поехали на задание, – продолжал Ершов.
– Твой брат совершил ошибку. Не хотелось тебе говорить, но придется. Он попался в тот момент, когда ставил на тумбочку воду. Антоше предложили больше денег за то, что он соврет о выполнении задания, а сам ничего не сделает. Тоша согласился. Но Федор понял, что объект остался жив, прижал товарища, потребовал объяснений. Антон признался в предательстве, пообещал Стентину отдать весь полученный от объекта бакшиш, попросил ничего мне не сообщать, и Федор, который страховал Сиротина, убил его.
Анастасия схватилась за голову.
– Нет!
– Да, – возразил Ершов, – преступление Стентин совершил грязно, хотел представить все как несчастный случай, но опыта, ума и аккуратности не хватило. Наивный Федька думал: все очень просто! Но кое-что не предусмотрел, хотя я вас научил заметать следы. Чтобы спасти дурака, мне пришлось самому подставиться, а потом «умереть». Покойника на допрос не вызовут и не осудят. Я ему сказал:
– Федор, из-за тебя стартовали неприятности. Сиди тихо. Не высовывайся.
Через несколько лет дам о себе знать.
Но он…
– Федя знал, что вы живы, – ахнула Настенька.
– Да, – кивнул тренер, – на разговор со всеми у меня времени не было, я велел ему тебя и Веру успокоить.
– Он нам ничего не сообщил, – возмутилась Сиротина, – мы плакали каждый день.
– Мерзавец, – сказал хозяин кабинета, – я не знал, что он творит, мне лишь недавно доложили, как Стентин убил Веру.
Анастасия резко подалась назад и ударилась затылком о стену.
