Как говорить о торговых отношениях между нашими странами, если они зависят от таких людей!
– Но ведь французы, кажется, не отказываются от торговли с Англией?
– Нет, просто они предпочитают выжидать из-за прежней политики Наполеона и не прощают нам наше нежелание идти на уступки.
– Ты считаешь, это они виноваты? – спросила Розали, и Рэнд улыбнулся.
– Нет, их позицию можно понять, просто лично мне она невыгодна. – Он оглянулся. – А что это у нас на столе?
– Холодное мясо, сандвичи, фрукты и вино. Мы можем пообедать.
Я скучала без тебя, Рэнд.
– Мне жаль, что ты осталась одна, но пойми, женщины редко посещают ту часть Парижа, где я сегодня был.
– Я понимаю, – ответила Розали, и они посмотрели друг на друга долгим взглядом. Розали покраснела, догадавшись, что Рэнд думает сейчас о прошлой ночи.
– Хлеб, вино и Рози, – проговорил он, с улыбкой глядя на нее. – Могу ли я надеяться на исполнение всех моих желаний после нашей свадьбы?
Розали молчала, закусив губы.
– Рэнд, все, что случилось этой ночью.
., я отказываюсь от всего.
– Согласен, но только не от того, что ты – моя, – проговорил он, глядя ей в глаза.
– Я сказала это… Я была очень взволнована, но мои слова не значат, что я поддерживаю эту идею.
– Это не идея, – сказал Рэнд, и взгляд его похолодел. – Я сделал тебе предложение. Ты не приняла его сразу, но ответ твой я понял как твое обещание.
– Почему? Как ты мог? – в отчаянии спросила Розали. – Я знаю, что любая женщина согласится выйти за тебя замуж. И у нее, вероятно, будет благородное происхождение и более покладистый характер.
Если ты испытываешь чувство долга по отношению ко мне и пытаешься спасти мою репутацию, то это не стоит твоих усилий.
– Боже праведный, почему ты пытаешься все время убежать от меня? Объясни! – воскликнул Рэнд. – У тебя нет работы, нет денег, нет рекомендаций, нет семьи, нет жениха или друзей, которые могли бы помочь тебе. Я пытаюсь показать, как хорошо было бы нам вместе, а ты отворачиваешься от меня, словно я предложил что-то низкое, подлое.
Ты все еще винишь меня, что я лишил тебя невинности?
– Нет, это сейчас не имеет значения, – сказала Розали, глаза ее потемнели и стали почти фиолетовыми. Она нашла в себе силы говорить спокойно. – Я не отрицаю нашей физической совместимости, но даже я, с моим ничтожным опытом, знаю, что брак распадается, если он основан на таком непрочном фундаменте. Неужели ты всерьез думаешь, что мы можем быть счастливы? И ты останешься верен мне? Трудно поверить в это.
