– Я никогда не смогу насытиться тобой. – Голос его дрожал. – Мне никогда не будет достаточно Взяв Розали на руки, он положил ее на кровать, беспомощно борясь с оковами собственной одежды: галстук, пуговицы, сюртук…
Розали сняла туфельки и тончайшие шелковые чулки.
Она произносила его имя в неровных страстных вздохах и неумело расстегивала одну за другой пуговицы его белоснежной рубашки. Рэнд был молчалив. Ничто не имело значения сейчас, лишь только этот момент таинства открытия друг друга, тревога и страх последнего ожидания.
Взгляд Розали скользнул по его полуобнаженному мускулистому телу. Он был так красив, так мужествен и так великолепно сложен, что Розали внезапно почувствовала странную неуверенность в себе. Заметив ее стремление закрыть свое нагое тело, Рэнд наклонился к ней и прошептал:
– Кажется, прошлая ночь была сто лет назад, правда?
– Да, – ответила она, глядя на золотой блеск его глаз.
""Как могли мы узнать друг друга за такой короткий срок? – удивленно думала Розали.
– И как легко он завладел моей жизнью, присвоил себе все мои чувства, ощущения, желания?""
– Ты думаешь, я ждал тебя всего лишь несколько недель? – легко целуя ее, прошептал Рэнд, словно читая ее мысли. – Нет, ты ошибаешься. Я ждал тебя долгие годы.
Он с силой прижал ее к себе. Казалось, ему ничего не стоило сломать ее хрупкое тело, но объятие Рэнда было крепким и нежным одновременно.
– Этой ночью я докажу тебе, как сильно я тебя хочу, – проговорил Рэнд.
Все плыло у нее перед глазами, когда она слышала его тихий шепот.
– ..и всегда, как только наши глаза встретятся, не важно – в обществе, в театре, – ты вспомнишь, как мы любили друг друга, и наслаждение, которое испытала со мной. Ты будешь в отчаянии, что нужно ждать еще несколько часов до нашей встречи, до нашей следующей ночи.
Она не могла произнести ни слова под страстными поцелуями Рэнда, рассеявшими все ее протесты и опасения.
Голова ее кружилась. Медленным обжигающим потоком растекалось в ней желание, и она опять искала его горячие влажные губы и тягучую мощь его объятий, словно это было ее единственным спасением.
Она никогда не забудет эту ночь и неодолимый соблазн плоти, испытанный ею. Рэнд доводил ее страсть до бесконечной отчаянной муки, то бросая ее в бездну, то поднимая в заоблачные выси, терзая ее нервы и тело.
Она умоляюще шептала его имя. Прикосновения его были легкими и, казалось, случайными, но все ее тело содрогалось в ответном движении.
