– Здравствуй, – сказала Розали, вопросительно глядя на него и улыбаясь.
Было ясно, что существует какая-то связь между парнем и Мирель, так как девушка подчеркнуто игнорировала Джереми и, вздернув свой маленький носик, смотрела в сторону."
"– Вот лошади, которых месье де Беркли купил недавно, – сказала она. – Красивые, правда? Это – Шепот, а это – Коноплянка. А вот места для Алмаза и еще одного большого черного коня, на котором месье де Беркли поехал к месье Лефевру.
– Лефевр.
– присоединился к разговору Джереми, грубо сплюнув на пол при упоминании этого имени.
– Вся деревня ненавидит его. Я не верю, что месье де Беркли сможет договориться с ним, ведь он такой…
– У месье де Беркли большой опыт в подобных делах, и он умеет разговаривать с упрямыми чиновниками, – сказала Розали, поглаживая лошадь.
– С уважительными – да, но не со злым господином, который выжимает все до последнего сантима из жителей деревни!
– Месье де Беркли владеет огромной корабельной компанией и знает, как найти общий язык даже с самыми несговорчивыми торговыми агентами, которые ненавидят английские товары, – ответила Розали.
– Я не думаю, что разговор с месье Лефевром может вызвать какие-либо сложности.
– Надеюсь, что вы правы, – с сомнением заметил Джереми.
Мирель нетерпеливо топнула ножкой.
– Конечно, мадемуазель лучше знает, глупый спорщик! Любой, кто хоть однажды бывал где-либо, кроме этой вашей деревни, знает, что иметь дело с торговыми агентами в тысячу раз сложнее, чем с каким-то там сборщиком налогов!
Розали невольно улыбнулась такому неожиданному натиску Мирель и, поскольку Джереми выглядел порядком обиженным, постаралась сменить тему.
Взглянув на старую гнедую кобылу, она спросила:
– Как ее зовут?
– Ревинант, – ответил Джереми.
Розали засмеялась.
– По-английски это значит ""Привидение""…
Вдруг Мирель, привлеченная каким-то шорохом в углу, бросилась туда с восторженным криком:
– Мадемуазель, идите сюда, смотрите!
На подстилке из сена сидели четыре котенка и смотрели на посетителей яркими круглыми глазами.
– Ой, какая прелесть! – воскликнула Розали. Не раздумывая, она наклонилась и осторожно подняла одного из них, поглаживая пальцами крошечное тельце, и услышала тихое, едва различимое мяуканье.
Она вдруг подумала, что ведет себя недостойно. Ни одна леди не стала бы сидеть на корточках и умиляться такому ""открытию"". Однако котенок был такой мягкий, доверчивый и пугливый, что она опять погладила его и прижала к себе.
