Таким своего старшего брата я видел впервые, даже сам дьявол повстречав его с таким выражением лица отошел бы с дороги в сторонку, от греха подальше.
Глава 42
Оливия
Осторожно выглянула за дверь - никого. Но с первого этажа доносился все тот же хохот, плюс к нему добавились женские визги. Отвратительно! И страшно… Я есть хочу! Как я там буду обедать?
Никак, решила я, и закрыв дверь на ключ двинулась по лестнице вниз. Быстро прошмыгну на улицу, а там и до пекарни недалеко, куплю какой-нибудь пирожок, заодно схожу в центр занятости.
У распорядительницы много разных папок было, может подберет для меня что-то еще… Вот только как я буду объяснять ей, за что меня прогнали Кадоганы? “Я целовалась с хозяйский сыном, а потом это напечатали в газете, в итоге меня с позором выгнали на улицу.” Так что-ли?
Подкралась к двери ведущей в помещение где находятся обеденные столы и выглянула из-за угла. Мужики, пьянее чем в прошлый раз, гоготали и хлопали в ладоши, наблюдая за худенькой дамочкой в грязном платье прыгающей в танце на деревянном столе.
Воспользовавшись моментом, пока на меня точно никто не обращает внимания, бегом пересекла путь до двери и навалившись на нее всем телом вынырнула на улицу. Свежий воздух после нахождения в затхлом пыльном помещении пьянил. Отошла от постоялого двора на приличное расстояние и только тогда сбавила шаг.
Улица состоящая из полуразваленых домов закончилась, я вышла на маленькую площадь, которую окружали дома побогаче. Здесь и растительности было больше, и тянулась река, по которой лениво плыло лебединое семейство.
Страх потихоньку отступал, меняясь жгучим чувством безысходности. В кармане две серебряных монеты, а впереди беспросветное будущее, которое я, кажется, встречу где-нибудь под мостом в одной коробке с бомжами.
Мимо промчался зеленый экипаж с вензелем рода Кадоганов, и мысли о Ричарде, которые я так старалась заглушить, вновь заполонили мою голову.
Улыбка мужчины возникла перед внутренним взором, его темные взъерошенные волосы трепал прохладный ночной ветерок, и мои губы растянулись в улыбке.
А потом я вспомнила, что прямо сейчас я одна, в Создателем забытом месте, и спать мне придется на железной кровати, а Ричарда это совсем не волнует. Иначе, он бы пошел за мной, как и обещал. Тогда зачем защищал перед родителями? Зачем ругался с ними при мне?
— Потому что при мне, — шепнула самой себе и запрокинула голову, всматриваясь в розовые облака очерченные золотистой каймой заходящим солнцем.
