Кукла моего отца (СИ)

Нечёткая фотография Теа Сандерс легко гуглилась.

К концу повествования я вижу, что он в смятении. Казалось бы, так просто сейчас ему поднять трубку и сдать меня полиции за подделку документов. Но что-то его останавливает.

– Теа, ведь тебя зовут Теа? – переспрашивает и после моего кивка продолжает: – Мне не нужны проблемы с полицией…

Я молчу, подходящие слова вертятся на языке, но куда больше мольбы заложено в моём взгляде. Он ловит его, замолкает и потирает подбородок со светлой щетиной. Я буквально кожей ощущаю, какую внутреннюю борьбу с совестью он ведёт.

– Ладно. Работай, потом посмотрим.

Подобное положение вещей меня не устраивало. Неопределённость пугала.

Куда идти дальше? Что делать? Просить помощи было совершенно не у кого. Отец моего ребёнка решил бы все финансовые проблемы даже не моргнув. Но какая вероятность, что он вновь не пойдёт против меня?

Рассматривая белые стены приёмного отделения клиники, я пыталась прикинуть, сколько останется сбережений после визита к врачу. Как Теа Сандерс я имела полную страховку, покрывающую любые расходы.

Но я понимала, чем может обернуться мне обращение в клинику под собственным именем. Поэтому пришлось потратить остатки сбережений на обследование. Несмотря на моё эмоциональное состояние, здоровье оказалось в полном порядке.

Спустя неделю я плелась домой, еле перебирая ногами и размышляя, где бы взять ещё денег. Врач сказала, что следующий осмотр будет через месяц, и времени у меня не так много.

Огни в съёмном доме не горели, но я отчего-то остановилась, опасливо вглядываясь в темноту.

С момента побега меня не покидала мания преследования, но сейчас чувства особенно остро обострились.

И всё же, пересилив себя, я отворила дверь, и свет уличного фонаря прошёл внутрь жилища вместе со мной. Осветив тяжёлые кожаные ботинки гостя, вольготно расположившегося в кресле.

Взгляд скользит по джинсам, обтягивающим длинные ноги, и кашемировому свитеру, сквозь который легко угадываются стальные мышцы. Непривычно видеть Йена с тёмной трёхдневной щетиной на щеках, прибавляющей его мужественной красоте суровость, чудесно сочетающуюся с чертовски злым выражением голубых глаз.

Моё маленькое непослушное сердце предательски замирает, щемит от тоски и разочарования.

– Как ты меня нашёл? – голос дрожит, выдавая смятение. Я прикусываю нижнюю губу до боли, чтобы немного прийти в чувство и не броситься ему на шею. С другой стороны, он сейчас выглядит как человек, готовый свернуть мою шею ещё в полёте.