Даже Крип не ожидал этого.
То, что вышло через дыру в стене, было вершиной ужаса - Франкенкукла.
Она вернулась.
Отвратительная, гигантская масса извивающейся кукольной плоти, она вышла на дюжине ног, множество манекенов и кукольных лиц кричали и вопили в предсмертной агонии. Рамона узнала новеньких: Су-Ли, Чазза и Даниэль.
Теперь Франкенкукла хотела Крипа.
Он попытался убежать, но многочисленные руки рванулась в его сторону, как хорошо смазанные поршни, ногти и когти вонзились в него, разрывая на части.
Крип кричал, когда её останки ассимилировались в общую массу. Затем его бледное лицо вновь высунулось наружу, присоединившись к другим призрачным лицам, которые свисали с груди существа, как распухшие полипы.
Всё ещё сжимая топор, Рамона сделала отчаянный рывок за фонарём.
Посмотри в лицо своим страхам. Преодолей их, - приказал ей голос. Не наделяй их силой."
"Но глядя на воющие, визжащие, ухмыляющиеся лица Франкенкуклы, это было не так-то просто. Они были похожи на фетишистские маски, злобные лица японских храмовых демонов.
Некоторые из них были целыми, другие раскололись при рождении ещё одной головы, третьи делились, как клетки. И на каждую взрослую голову приходилась группа зародышевых, бесформенных шишек, растущих вокруг неё. Одни - с сосущими ртами, другие - с единственным глазом, а третьи были просто зубастыми голодными безднами.
Рамона вернулась к нам, - сказал хор голосов, нестройных и стонущих, скрипящих и пронзительных, как трубы плохо настроенного церковного органа.
– Достаньте её. Трон готов, пусть наша королева взирает с высоты.
Как бы в подтверждение этих слов, две головы манекенов на самом верху существа разделились, чтобы показать Рамоне уготованное ей место.
Думай! - приказала она себе. Должен же быть какой-то выход! Должен же быть способ победить эту тварь!
Но борьба уже была почти проиграна.
У неё был небольшой выбор.
- Я убью тебя, - сказала она, пытаясь направить всю ненависть, разочарование и ярость, которые преследовали её с тех пор, как начался этот кошмар.
“Я собираюсь разрубить тебя на куски.”
- НЕТ, РАМОНА! ТЫ НЕ ДОЛЖНА ЭТОГО ДЕЛАТЬ! – сказали ей голоса.
Рамона вся пылала от ярости.
Франкенкукла сделала несколько неуверенных шагов назад, наткнулась на стол и опрокинула его.
Щёлк-щёлк, щёлк-щёлк, щёлк-щёлк - стучали её многочисленные ноги.
- Бедная, бедная Рамона. Посмотрите, как она одинока, как одинока была всегда. Никогда не могла довериться кому-нибудь, даже себе.
