Крипу было наплевать на Чазза. Он не хотел его смерти, но все его мысли были о Рамоне.
Они находились в гостиной дома, который выглядел почти так же, как и все дома в квартале. Обычный дощатый двухэтажный домик. Они ещё не поднимались наверх и не спускались в подвал, и не было смысла рыскать там в поисках неприятностей.
Неприятности сами найдут нас и без всякой помощи.
Он достал зажигалку и щёлкнул ею, прыгающее пламя осветило комнату и дало ему возможность взглянуть на обстановку. Ничего необычного: диван, два кресла с откидными спинками и лампами рядом.
Кофейный столик. Книжный шкаф. Большая старая стереосистема. И телевизор, как будто с музея, на четырех ножках, с выпирающими переключателями каналов и громкости, с выпуклым экраном и рожками антенн.
Пламя зажигалки начало жечь ему пальцы, и он выключил её.
- Заметили, какое всё старое? Одно лишь дерьмо динозавра, - сказал он. - Нет ничего новее 1960-х, ни мобильников, ни компьютеров. Даже видеомагнитофона нет.
- Всё сходится, - сказал Лекс.
– Образ старых добрых 60-ых. Бьюсь об заклад, если ты подойдёшь к книжной полке, то не увидишь ничего выпущенного после 1965 года. Просто предположение.
Крип так и сделал. Он щёлкнул зажигалкой.
- Чёртова куча обзорных книг от ""Ридерз Дайджест"". Посмотрим... Убить пересмешника ... Агония и Экстаз ... Фрэнни и Зуи. Ну и старое дерьмо. То, что нас заставляли читать на уроках английского.
- Мне нравится Убить пересмешника, - сказала Су-Ли.
Лекс хмыкнул.
- Мне пришлось читать Фрэнни и Зуи в десятом классе.
Наш учитель был одержим Сэлинджером.
- Разве не все учителя литературы одержимы им? - сказала Су-Ли.
- Большинство, за исключением моего учителя английского в одиннадцатом классе. Мистер Сприг. Он был большим поклонником Фолкнера. Одно упоминание имени Фолкнера вызывает у меня нарколепсию.
Крип не обращал на них внимания. Он не был заинтересован в обсуждении грёбаных книг. Больше всего его заинтриговал старый телевизор. Ему очень хотелось разобрать его и добраться до трубок.
Когда он был ребёнком, его дядя Фрэнк коллекционировал старинные телевизоры, и у него была удивительная коллекция старых трубок. Крипу нравилось смотреть на них. Ему хотелось вскрыть этот и рыться в его внутренностях, пока он не найдёт эти трубки, как ныряльщик, вскрывающий устриц в поисках жемчужин."
"Мир многое потерял, когда изобрели микросхемы, подумал он. Есть что-то такое в старых вакуумных трубках.
Что было вполне приемлемо для такого технаря, как он.
