Кукушонок

Они ушли, что-то бормоча под нос. Ему было все равно, ничто больше не имело значения. Мельберг знал только, что стоит ему войти в один из этих домов и посмотреть смерти в глаза, как он сломается.

В общем, давно пора отплыть обратно, прочь с этого острова. Но конечности не слушались его. Стоило Мельбергу сесть на камни, как подняться уже не было никакой возможности. Он видел, как вокруг острова рыскали катера с журналистами, мог разглядеть отсюда даже их огромные камеры. Вертолет вот уже несколько часов кружил над ним.

На некотором расстоянии от острова стояла одинокая ловушка для креветок, на нее указывал прикрепленный к ней красный буй.

Мельберг провел ладонью по шероховатому граниту – единственному, что было здесь постоянного. Люди приходят и уходят. Бертиль не справится с одиночеством, не сможет жить без Риты. Он посмотрел на серое море с вкраплениями маленьких островков. Лишь поодаль оно становилось бесконечным. Мельберг уже решил, что, когда потеряет Риту, оно заберет его.

Эта мысль подействовала успокаивающе.

Теперь не придется доживать век одному. Он поднялся на ноги и отряхнулся. Если повезет, можно будет отплыть назад на спасательном катере. Бертиль ни минуты не хотел задерживаться на этом проклятом острове. Смерть слишком низко нависла над Шелерё.

– Йоста? Йоста Флюгаре?

После второй части беседы с Элизабет Бауэр Йоста вышел подышать свежим воздухом. В середине разговора им пришлось прерваться, потому что у Элизабет закружилась голова.

Обернувшись, он увидел Фариде Мирзу, которая шла из гостевого дома.

Она явно была чем-то взволнована.

– Мы кое-что нашли, – сообщила Фариде.

По мере того как она рассказывала о находке, пульс Йосты бился все сильней, пока не застучал в ушах. Флюгаре поспешил к большому дому и принялся искать Патрика. Но того не было ни в гостиной, ни в кабинете, ни в спальне. На кухне экономка Нэнси вручную мыла посуду.

Глаза Хедстрёма заблестели при виде взволнованного Йосты, и он поспешил к нему.

– У нас окровавленная рубашка.

Йоста оглянулся на Нэнси, сосредоточенно занятую своим делом.

Они вышли в прихожую. Обулись.

– Рубашка Рикарда была в бельевой корзине в ванной, – шепотом пояснил Йоста. – С пятнами крови.

– О черт… – повторил Патрик и зашатался.

Хедстрём задумался на несколько секунд:

– Сейчас позвоню прокурору.

Он вышел из дома и достал телефон. Йоста встревоженно наблюдал за выражением лица Патрика, когда тот возвращался, выслушав мнение прокурора.

– Где он? – спросил Йоста. – Я давно его не видел.