Кукушонок

– Тогда зачем ты вот уже столько лет часами сидишь перед компьютером и пялишься на курсор? Можешь нам это объяснить?

Элизабет удивленно посмотрела на невестку:

– Луиза… я не понимаю…

– Это потому, что ты наивная. Хеннинг – нет. Он гораздо хуже. Ты виновата в том, что покрывала его все эти годы. Убирала за ним грязь. Поднимала, когда Хеннинг падал, даже если он того не заслуживал. Он – мелкая душонка, Элизабет. Ты прожила с ним все эти годы и должна знать это.

Элизабет посмотрела на Эрику так, будто надеялась получить объяснения.

Но та могла лишь медленно покачать головой.

Луиза потянулась к сумке на полу. Не меняясь в лице, вытащила пистолет и положила перед собой. Элизабет задыхалась. Хеннинг как будто был где-то не здесь. Он налил в бокал виски и откинулся на спинку стула.

Эрика наблюдала за всеми троими. На ее глазах разыгрывался последний акт пьесы. Дальше откладывать некуда.

– Сесилия… так это была ты?

Эрика встретила взгляд Луизы, не дрогнув ни единым мускулом лица.

– Что ты такое говоришь? – заволновалась Элизабет.

 – Что Сесилия?

Она перевела взгляд с Луизы на Эрику. В тишине был слышен только стук оконных стекол под ветром да бессвязное бормотание Хеннинга.

Луиза улыбнулась и потрогала пистолет:

– Нет, теперь ты должна объясниться! – Голос Элизабет сорвался на фальцет. – Зачем ты достала пистолет?

– Как ты узнала? – спросила Луиза Эрику.

– Получила фотографии от одного полицейского из Стокгольма. У него ушла неделя на то, чтобы до этого докопаться.

Ты попала на камеру контроля скорости.

– Я заметила, как что-то блеснуло, и думала, что все кончено. К счастью, полицейские не проявили особого рвения и поспешили списать всё на несчастный случай.

Эрика пристально смотрела на эту женщину, так непохожую на ее Луизу, улыбчивую подругу по силовым прогулкам. Выходит, только сейчас Эрика и увидела ее настоящую.

– Зачем ты убила Сесилию?

Луиза трогала пальцами ствол, обдумывая ответ. Наконец посмотрела на Эрику.

– А как иначе я могла проникнуть в эту семью? Я присматривалась к Петеру задолго до того, как получила работу в «Бланш».

А после того, как устроилась туда, получила возможность по-настоящему с ним сблизиться. Через год я знала о Петере все. Что ему нравилось, а что нет, над чем он смеялся, какую еду предпочитал, любил ли мартини, кошек или собак, какие телепрограммы смотрел… Теперь у меня было все, чтобы стать ему идеальной женой. Но смущала одна мелочь…

– Да, Петер был женат.