Ты и я, — заявил Самослав. — Без оружия. Жду.
И он развернулся и ушел, оставив немалую толпу новоявленных родственников в полном недоумении. Они как-то по-другому представляли себе нового вождя, хитроумным способом освободивших из рабства их отцов и мужей, и заработавшим неслыханное богатство за какой-то месяц. Впрочем, все интересное случится на закате, а пока родовичи стали разбирать поклажу, отправлять на выпас стадо коров и осматривать дома, удивляясь идеально ровной линии, по которой они стояли в три ряда.
У них до этого такой потребности не возникало. Они и не догадывались, что вскоре этот поселок будет обнесен крепким осиновым тыном, бревна для которого уже были замочены в реке.
Скверное дерево осина, капризное. Каждое второе бревно гнилое, и каждое первое — с кривизной. Умаешься, пока наберешь нужное для стройки количество. Но как раз здесь осиновая роща была, которую и свели вчистую, готовя место под запашку. Дом из осины негодный, холодно в нем. Зато, если вымочить такое бревно в воде, то оно не горит почти, не гниет, и до того твердое становится, что топор отскакивает.
А что еще нужно для того, чтобы острог поставить? А еще удивил всех молодой Владыка тем, что в своем доме диковинный очаг сложил, с трубой, проходящей крышу насквозь.
— Сгорит, — задумчиво сказал Лют.
— Зальет, — молвил Горан. — Хотя копоти в таком доме куда меньше будет. Посмотрим. Если он зиму в этом доме переживет, я себе такой же очаг сделаю. Если сажу по весне отскребать не придется, меня жена в задницу поцелует.
— Зиму переживет? Ему бы сегодняшний бой пережить, — хмыкнул Лют. — Хотислав в плечах вдвое шире.
— Мешок жита ставлю, что Владыка победит, — протянул Горан. — Верю в него.
— Не стану я с тобой спорить, — хмуро ответил Лют. — Если Само проиграет, я с ним уйду. Он мне оружие дал, я такую клятву рушить не буду.
— Не пойдем мы никуда, — ответил ему Горан. — Я как будто всю жизнь слепым был, а потом прозрел. Не хочу снова под Хотиславом ходить.
Если победит он, вызову его на бой до смерти.
— А потом? — заинтересованно спросил Лют, который начал понимать, куда клонит его закадычный друг.
— А потом Самослава вызову и поддамся, — решительно ответил Горан. — Так что, будь уверен, брат, боги по любому на его стороне будут. Да только не придется мне этого делать. Победит он, вот увидишь.
* * *На закате весь род высыпал на поляну у дуба, назначенного родовичами священным.
