Купец. Поморский авантюрист

Ответ появился и встал костью поперек горла. Как маленькая косточка речной рыбы, вонзившаяся в глотку. Так просто ее оттуда не достать…

Откуда у Акинфия взялась английская грамота? Как купец овладел ею? Вопросы относились к разряду тех, на которые не находилось ответов. Понять, подделал купец грамоту или нет, рыбак не мог. Если в глаза не видел «оригинал», как различить подделку? Но если не подделал? Допустим, что грамоту привез Иван. Тогда зачем Акинфию понадобилась подпись Митьки? Ни одного ответа, так стоит ли забивать попусту голову? Не лучше ли разобраться с настоящим? В настоящем же Ивановское сто готовилось отправить делегата от лица англичан к Иоанну Васильевичу в Москву.

Радовало, что участие Митьки, как и других рыбаков, в сем мероприятии было без надобности.

Был еще один факт, смущавший рыбака. Он припоминал, как порвал бумагу при подписи, а грамотка была целехонькой. Выходит, он подписывал несколько таких бумаг, а не одну? Для себя сию нестыковку Митька объяснил тем, что порванная грамотка стала негодной, и купчики ею не воспользовались.

Положение осложнял другой нюанс. Прощаясь, Акинфий заявил Митьке, что впредь Ивановское сто выделит англичанам охрану из числа купеческих наемников.

— Не пугайся, капитан, когда увидишь моих вооруженных людей у своего дома.

Митька было смутился, но припомнил собственные рассуждения о том, что в Новгороде, как и в любом другом городе, людей с деньгами узнают в лицо. К богачам приковано повышенное внимание, отчего они и нанимают охрану. Так и об англичанах с каждым днем узнавало все большее число новгородцев, а среди них и те, кто был не прочь пощупать их мошну.

Так что выделенная Ивановским сто охрана выглядела разумным решением. Правда, Митька не смог избавиться от ощущения, что купец приставил к ним охрану лишь потому, что давно раскусил «англичан». Не хотел староста, чтобы рыбачки дали деру из Новгорода. А Митька обрадовался, что их выходки на пиру остались незамеченными! Оказалось, что новгородцы попросту вели свою игру. И конечный результат сия действа находился вне понимания Митьки с тех пор, как он в эту самую игру ввязался.

Митька вдруг остановился как вкопанный и с трудом подавил в себе желание схватиться за голову и проораться как следует. Не хватало сойти за бесноватого — тогда уж точно скинут в реку с моста. Он только сейчас отчетливо осознал, что подделал грамотку. Подделал собственными руками. Теперь делегат Ивановского сто передаст документ Царю. На грамоте ведь стояла подпись? Стояла.