Куплю тебя за миллион

— Что у тебя?

— Всех гостей распределили по гостевым домикам, пересчитали. Персонал уже допрашивают. Телефоны проверяют…

— Где твоя Марианна?! — внезапно бледнеет отец. — Не вижу рядом с тобой этой девчонки!

— Водитель убит взрывом. Кроме Якова и Максима, еще трое находятся в тяжелом состоянии, четверо — легко ранены. Однако нескольких гостей мы не досчитались, — продолжает отчитываться Мирон. — Близнецы фон Бергер покинули вечеринку до взрыва. Судя по данным камеры, с одним из Бергеров уехала Марианна Устинова.

Это выяснили только сейчас, когда просматривали камеры. Они уехали задолго до взрыва.

— На ней надето целое состояние! — всплескивает руками отец. — Это же семейная ценность. Реликвия, передающаяся из поколения в поколение! Она сбежала с нашей семейной ценностью… Мне плохо с сердцем, — хватает за грудь отец.

— Я ее найду, верну тебе дорогие цацки. Мне лишь нужно время.

Отец падает обратно на кровать, его лицо посерело немного. Может быть, по-настоящему ему плохо с сердцем.

— Врача вызови, — отдаю распоряжение охране.

Подтащив стул, опускаюсь напротив отца. Он дышит с хрипами. Отношения у нас дерьмовые, но я начинаю беспокоиться за старика.

Какой-никакой, все же он мой папаша.

— Зачем ты вообще нацепил на Марианну это колье и серьги?

— В нашем мире встречают по одежке. Я принарядил дурочку, дал всем знак, что это не просто девушка. Ты же знаешь, — раздраженно машет отец. — Здесь полно эскортниц! Надев на Марианну семейную реликвию, я дал всем понять, что она пользуется особым расположением в нашей семье.

Никто бы не попытался ее зажать в углу или нагло залезть под платье. К тому же я мыслю на десять шагов вперед. Ты быстро пресытишься этой девочкой. А я, после того, как ты бы вернул ей деньги, мог выгодно пристроить ее. Помочь, кхм… с успешным браком и обзавестись нужными связями…

— Старый плешивый сводник. Думаешь, она бы тебе спасибо за это сказала?

— Ты не единственный мужчина в ее жизни. Женщины все — вертихвостки. Он сбежала не в одиночку.

Боже. Семейные драгоценности. Зачем я только надел их на эту взбалмошную дурочку? — охает отец. — Я буду гореть в аду за то, что по глупости потерял родовое наследие Бекетовых…

Смотрю на часы. Точно неизвестно, сколько прошло времени с момента побега Марианны. Я разговаривал с отцом, с рыжей. Потом был взрыв, паника… Пока все пришло в относительную норму, время утекло, как вода сквозь пальцы.

Но меня радует, что Мари жива и находилась вдалеке от взрыва.