На мои плечи опустились ладони Глена:
–Эми, что с тобой?
Я прикусила губу и, развернувшись, уткнулась в него лицом, цепляясь пальцами за жилет:"
"–Я тебе попозже объясню, когда буду готова. Хорошо?
Глен поцеловал меня в макушку, а затем ласково погладил по волосам:
–Как скажешь, непостижимая моя Тёмная... Буду готов выслушать в любой момент.
–Спасибо... Пойдём в тренировочный зал? Если я сейчас не выпущу пар, то, боюсь, с ума сойду...
Глава 118. Папенька"
"После отъезда Таш мы действительно отправились с Эми в тренировочный зал.
Технически все приёмы она выполняла безупречно, но я видел, что на полном автоматизме, пребывая мыслями далеко-далеко. Лишь к исходу второго часа ""вернулась в реальность"". Я неплохо изучил Эми за всë время нашего знакомства, поэтому не торопил. Если предупредила, что расскажет о причине её слëз, значит, действительно сделает когда будет готова. Хотя я места себе не находил, увидев её в том состоянии. Чтобы довести Эми до слëз – это постараться нужно.
Должна быть на то очень веская причина. После окончания тренировки я забрал Эми к себе. Просто не мог оставить еë наедине саму с собой, чувствовал, что ей нужна поддержка. Уже после того как вытащил Эми из ванны и, завернув в огромное полотенце, уложил в кровать, она, сказала, что может ответить на мои вопросы. В итоге, мастерски избегая прямых ответов, дала мне возможность самому догадаться, что Таш ""сломала ветку"", то есть изменила ту дорожку будущего, в котором вся еë семья должна была погибнуть.
Только предупредила, что никому не могу об этом рассказывать. Зная о том, как Эми любит своих родных, понял, что поступил правильно, утащив её во флигель. Какой бы стальной стержень не был у неё внутри, но и он может согнуться под тяжестью обстоятельств. Я никогда раньше не сталкивался с пророками, а тем более ""видящими"" лично, но слышал, что изменить будущее нельзя полностью, лишь разбить на куски, раздробить на мелкие элементы событий. И от этого тревога за Эми стала ещё сильнее.
Значит, погибель будет приходить к каждому из семьи Тёмного Владыки. Единственное, что могу в такой случае сделать – это просто быть рядом и стараться защитить её всеми силами, но при этом не давить сильно, потому что любое посягательство на её свободу может оттолкнуть от меня. Вроде всë просто и понятно, но как же сложно...
В среду, придя утром в кабинет, я обнаружил на столе белый конверт, на котором было написано только моë имя.
