Курсант. На Берлин

Естественно, пока рядом оттирается половина сыскной полиции, проявить себя он не сможет. Хотя, явно собирается. Иначе на черта чекисту, покушавшемуся на Мюллера, находящемуся в розыске по всей Финляндии, рисковать настолько сильно. Он просто ждёт удачного момента. Вот и все.

Соответственно, через три дня стало понятно, пора снова поговорить с Эско Риекки. Он, кстати, после того, как я бессовестным образом вызвал его в номер через слухача, взял и обиделся. Сначала, правда, прибежал, накричал, ногами потопал, слюной побрызгал.

Мол, у него столько дел, столько дел! И какого черта я вообще не лежу в постели, как любой нормальный подстреленный человек⁈

В общем, разошелся не на шутку. А я всего лишь хотел выяснить подробности покушения. Нервный какой-то финн мне достался. Но… Если и дальше буду везде ходить с сыскарями, Клячин не объявится. А там я уже в Германию уструячу. Короче, нет времени.

Мы с Ольгой как раз вернулись с очередной поогулки. Я проводил ее до номера, а затем отправился к себе. Решил снова воспользоваться лучшим способом связи с Риекки.

Он, этот способ, работает на «ура». Правда, боюсь, господину полковнику не понравится, но что же делать. Жизнь — сложная штука. Начальник сыскной полиции итак два дня наслаждается покоем, не встречаясь со мной. Нельзя, а то быстро к хорошему привыкнет.

Вошел в номер и прямо от входной двери, промаршировал в спальню.

— Эй! Милейший! Передайте господину Риекки, я умираю. Смерть моя близка. Сейчас упаду, буду валяться по полу в корчах. А вас потом уволят, кстати.

Так что бегом несите весть начальству. Пусть срочно дует сюда. Хочу сделать важное признание. — Громко крикнул я, отодвинув картину.

Полковник явился буквально через полчаса и выглядел, мягко говоря, недовольным.

— Я тебе кто, не пойму? Собака? В прошлый раз ты хотел срочной встречи. Я думал, и правда что-то случилось. А ты всего лишь любопытство проявил. Расспрашивал меня о неизвестном стрелке. — Начал он прямо с порога.

— Ну что вы⁈ Откуда столь нелепые мысли? Собака… Были бы вы собакой, я бы относился к вам с бо́льшей симпатией.

Эско хмыкнул, а затем прошел мимо меня к дивану. Не снимая пальто, плюхнулся на мягкие подушки. Только пуговицы расстегнул и распахнул по́лы.

Я решил, раз настроение у начальника сыскной полиции все равно поганое, испортить его вряд ли получится. Поэтому сходу рубанул полковнику в лоб, что именно мне от него нужно. Потребовал свободы действий.

Реакция Риекки оказалась немного иная, не та, которую я ожидал.