Курсант: Назад в СССР 13

— А если бы я вас не привел к Гоше? С чего вы взяли, что я к нему сразу помчусь?

Филин опустил глаза в землю, так и замер, стоя на коленях, подбирая слова, но я облегчил ему задачу, сам ответил на свой же вопрос:

— Тогда вы бы меня схватили и привезли к Сухому… Хотя нет, погоди… Он же с вами не на связи. Вы бы меня схватили и просто держали в спортзале до его появления. Так? Вижу, что так, в глаза мне смотри! По зенкам твоим бесстыжим вижу, что прав! Тогда у меня вопрос — к чему такие сложности? Почему сразу было меня не схватить, когда я в первый раз к вам пришел на тренировку под видом новичка-новобранца? Зачем было выманивать меня посланием через ресторан и потом следить?

— Не все из моей братвы при делах… — грустно и нехотя пробормотал Филин.

— Не все из пацанов в курсе нашей договоренности с Сухим.

— Ага… Ненадежные, значит? Ясненько… Поэтому вы меня хотели взять, так сказать, своим особым узким кругом. Только ни хрена у вас не вышло… Не по зубам груздок, не лезет в кузовок. Да?

— Я все рассказал, Андрей, — глаза Филина смотрели просяще, будто у святого мученика, но я знал, что это лишь притворство, дай ему волю — он вонзит мне в сердце мою же саперную лопатку, что валяется возле ямы.

— Отпусти нас с братом… Ты обещал.

— С братом? — вскинул я брови. — Рыхлый — твой брат? Ха! Теперь ясно…

Тот лишь беззвучно кивнул в ответ, а я стал размышлять, что мне делать с этими гавриками. Безусловно, в спортзале надо выставлять засаду на Сухого, а если я их отпущу, то они найдут способ его предупредить.

Нет, нет. Отпускать мне их никак нельзя… Может, связать и к Гоше в бункер? Секунды тикали, я размышлял. Вот подарочек я ему подкину. Представляю его глаза. Нет, не пойдет… Камеры с решетками в бункере нет, а Филин — лось здоровый, не дай бог, освободится и… Даже думать не хочу. Здоровый больно. Здоровый… И тут в голову, наконец, пришла отличная мысль. Если Рыхлый брат Филина, и тот готов на все ради него, даже не сбежал, когда была возможность, значит — это надо непременно использовать.

— Короче, слушай меня сюда… — я приставил к виску Филина пистолет и подвел его к краю ямы, где «загорал» Рыхлый. Толстяк молчал, лишь хлопал на нас глазами, боясь издавать звуки. — Смотри! Видишь? Твой брат жив, в нем одна пуля, в ноге… Я его заберу. Пулю вытащу, перебинтую. Он отдохнет у меня в надежном месте и будет залогом твоего правильного поведения. Сечёшь? Будешь делать все, что я скажу. Иначе… — я посильнее надавил на пистолет, уперев дуло в висок врага.