Курсант (СИ)

Но он настолько похотлив и туп,

что перестал ко мне домогаться только после того, как я заявилась к ним в поместье, вломилась в кабинет к главе рода и поклялась Даром, что пятой дуэли этот ублюдок не переживет. Игнат Рукавишников — мошенник, дважды оказывавшийся под следствием, но избегавший каторги благодаря помощи родича-прокурора.

Федор Шишкарев — самовлюбленный урод и повеса.

Кочетков — наркоман.

А Скрябин и Тараканов — завсегдатаи публичных домов и… любимые клиенты целителей, специализирующихся на лечении венерических заболеваний!

— Так вот почему твой батюшка так веселился, перечисляя эти фамилии! — прозрел я.

— Угу… — кивнула женщина, сползла вниз и в сторону, положила голову мне на бедро и закрыла глаза.

Я не стал игнорировать этот намек — запустил пальцы в ее волосы, начал перебирать влажные пряди и решил отвлечь бедняжку от страданий:

Тут «старшая сестренка» весело хихикнула:

— А ты вообще в курсе, какой славой пользуется Валентина Алексеевна?

Раиса Александровна расхохоталась еще до того, как я закончил первое предложение.

А второе прервала на середине и расплылась в предвкушающей ухмылке:

— … гарантированно выйдет боком всем до единого. Ибо она обязательно пойдет мне навстречу, сочтет эти сватовства жутким оскорблением и вывернет уродов наизнанку!

— Все, выход найден, решение принято, и… его надо заесть! — заявил я, почувствовав, что «сестренка» развеселилась. — Форелью с жареным рисом…

— Форелью, говоришь? — задумчиво пробормотала она и приоткрыла один глаз: — Отличная идея! Закажи мне две порции и бутылочку хорошего вина…

Я снова влез в Сеть, развернул поисковик и еле сдержал недовольный рык, когда поверх этой странички появилось уведомление о входящем звонке.

Впрочем, увидев фотографию личности, решившей до меня достучаться, я в темпе настроил ширину исходящего видеосигнала так, чтобы в поле зрения моего собеседника гарантированно не попала Раиса Александровна, принял вызов и поздоровался:

— Добрый вечер, Дауд! Что ты такой хмурый? Есть причины для плохого настроения?

— Жестко… — только и смог, что выдохнуть я.

— Угу… — кивнул Аль Сауд и криво усмехнулся: — Он вообще жестковат. Поэтому это предупреждение услышали. Но сочли, что раз в нем не упомянута Мин Сим, значит, можно прицепиться к ней!

Не успел он закончить это предложение, как у меня потемнело в глазах, а ярость, ударившая в голову, затуманила сознание:

— Да. Ей сломали руку. В женской раздевалке.

— А где. В этот. Момент. Была. Мавия? — отрывисто процедил я.