Курсант (СИ)

Не знаю, как они, а я дал маху. В смысле, смотрел градусов на тридцать левее, чем требовалось. Поэтому зевнул момент, когда ракеты начали набор высоты перед выходом на боевой курс. Зато увидел огненные выхлопы нескольких десятков стартующих противоракет наземного

и воздушного базирования, буквально секунды две-три гипнотизировал область, к которой стремились «ближние», и радостно взвыл, когда ночное небо осветили сразу две чудовищные вспышки!

— Красавчики! — довольно выдохнула «прабабка», Валя разжала пальцы, которыми пыталась раздавить мое предплечье, а Ларс выругался по-шведски, быстренько извинился и придумал способ отвлечь нас от своего просчета — демонстративно уставился вниз, на улицу, забитую автомобилями:

— Знаете, я восхищен дисциплинированностью жителей Великого Новгорода: они остановили машины сразу после получения предупреждения, все, как один, ждут уведомления об отмене воздушной тревоги и только после этого поедут дальше!

Незаменимая насмешливо фыркнула:

— Во время первого налета остановилось то ли три, то ли четыре процента водителей.

А через пару часов с банковских счетов абсолютно ВСЕХ ГЕРОЕВ списали настолько безумные штрафы, что желание рисковать жизнями других горожан исчезло даже у самых состоятельных личностей!

— У твоего деда не забалуешь… — усмехнулась Валентина Алексеевна и потрепала парня по голове.

Он едва заметно напрягся и переключил ее внимание еще на одну вроде как злободневную тему:

— Теть Валь, а вы не в курсе, как там Лешенька и его свита?

Целительница расплылась в ехиднейшей улыбке:

— Лешенька с Олежкой влипли по полной программе в первый же день службы.

Им, видите ли, не понравилось жить в общей казарме, и парни сдуру попробовали «построить» командира своей роты. А он, пластун, отслуживший на османской границе тридцать с лишним лет и навидавшегося личностей не в пример страшнее пары домашних мальчиков, не испугался и показал им, по чем фунт лиха. Короче говоря, вернувшись в расположение после первого пятидесятикилометрового марш-броска в своей жизни, ребятишки были готовы заснуть хоть стоя. Но в это время прозвучала команда «Подъем», и им пришлось бежать на зарядку!

— Судя по слову «расположение», вы тоже когда-то служили, верно? — неожиданно для самого себя спросил я.

«Прабабка» поймала мой взгляд и нехотя кивнула:

— Год? Два? Пять? — с пулеметной скоростью протараторил Эрикссон, и женщина дала более развернутый ответ:

— Двадцать четыре.