Курсант (СИ)

Тут Незаменимая вцепилась в мое запястье, передвинула ладонь «на исходную», и серией жестов потребовала, чтобы я не вздумал переставать гладить ее верную помощницу. Пришлось слушаться… несколько минут. А потом нервная дрожь начала стихать, и младшая Церберша попробовала вырваться из захватов. А когда поняла, что мы не собираемся ее отпускать, решила ответить на вторую половину моей шутки:

— … а благодарность мне не нужна. Вернее, я уже сча— …

Девушка, пребывавшая в расстроенных чувствах, приняла этот «наезд» за чистую монету, оторвала лицо от моей груди, испуганно уставилась в глаза и затараторила:

— Мой господин, у меня уже есть счастливое настоя— …

— Ка-а-ать… — все так же притворно нахмурился я, и она, поймав за хвост какую-то мысль, посмотрела на меня… со всамделишним вызовом:

Я отрешенно отметил, что использованное ею числительное «одного» не бьется с количеством озвученных потребностей.

Но эта мысль не помешала последовать порыву души:

— Все будет. Обещаю!

Девушка засияла и… получила по заднице от Незаменимой:

— А где обязательная фраза «Мой господин, я вас обожаю»?

Я невольно рассмеялся, по привычке потянулся к волосам этого белобрысого чуда, чтобы растрепать, но грива оказалась уложена в красивую «корону», так что пришлось удерживать руку.

Затем я вспомнил, что до общего подъема, после которого меня начнут рвать на части, осталось всего ничего, и поделился этим предсказанием с Цербершами.

— Так и будет! — авторитетно подтвердила старшая.

— Все эти полтора месяца народ пытался штурмовать медблок по десять раз на дню. А Наоки, Яну и Эиру приходилось выгонять из приемной каждый вечер. Так что вам действительно стоит поторопиться. Иначе примчатся в вашу ванную и возьмут штурмом душевую кабинку!

— Думаешь, меня узнают? — неожиданно для самого себя спросил я.

— Конечно!!! — хором ответили целительницы. А Незаменимая добавила неожиданно серьезным голосом:

— Они смотрят не только глазами, но и сердцем…

«Непонятки» с внешностью заметили только минут через десять.

После того, как отпихнули кресло, мешавшее ко мне домогаться, и разобрались, кто с какой стороны обнимает. Кстати, младшая сестренка невесть с чего «сдала позиции». В смысле, затихла, прижавшись к левому боку. Медовая Змеюка тоже «не хамила», обняв меня справа. Зато Наоки нагло улеглась сверху и явно не видела в этом ничего смущающего. Впрочем, в той эйфории, в которой она пребывала, было не до таких мелочей.