Здесь все напитки безалкогольные, но вкус у них — потрясающий!
Я потянулась к коктейлю, прихватила губами соломинку и отпила. На вкус похоже на сок плодов вай-вай, но гораздо нежнее, и послевкусие приятное. Я прикрыла глаза от удовольствия.
Живут же некоторые, пьют же такие коктейли!
— А теперь поговорим. У тебя ведь ко мне много вопросов.
— Ты так говоришь, словно я против тебя настроена…
Милу кивнула.
— Может, и будешь настроена. Ты знаешь, что такое центаврианский Род?
— То же самое, что и семья, только масштабнее?
— Семья… Вряд ли это можно назвать семьей.
Это именно Род. И в нем есть совет, который решает все вопросы. Если кто-то из Рода отказывается подчиняться совету, не остается другого выхода, как уйти. — Малейв устремила взгляд на свои изящные пальчики, которыми держала бокал. — Я ушла. Почти. Осталось только сменить фамилию, и последняя ниточка, привязывающая меня к Роду Малейв, порвется.
— От тебя требовали чего-то, чего ты не хочешь? — сочувственно проговорила я. Диктатура в семье — это худшее, что только можно представить.
— Требовали… нет. Ты плохо знаешь старших, они редко опускаются до прямых приказов.
— Значит, тобой манипулировали?
— И снова нет. Все гораздо сложнее. Мой отец центаврианин, а мать — землянка. Как видишь, от матери я мало что унаследовала. Даже глаза у меня похожи на центаврианские, не будь я маленького роста, никто бы не отличил меня от старшей.
— Ты знакома с матерью?
— Нет.
— А ты хотя бы знаешь, какая она? Жива ли?
— Не знаю. Когда выяснилось, что отец очень увлекся младшей, ему дали разрешение завести ребенка.
Ей щедро заплатили за мое рождение, и отправили восвояси, заставив подписать кучу бумаг и свидетельств об отказе от ребенка. У Рода Малейв, если ребенок «прижит» вне брака, его воспитанием занимаются те из родственников, которым велит я совет Рода. Ты знаешь Ли, моего брата. У нас один отец, но разные матери. Он законнорожденный, я — нет. И, хотя мы оба дети Рода, к нему другое отношение и другие требования.
— Принимая незаконнорожденных детей от младших, Род разбавляет кровь.
— Да, Нина. И детей — «чистых» и «нечистых» растят в уверенности, что они равны, но…у крови есть голос, есть путы, и меня тянет к землянам.
— Род заботится о каждом члене семьи. Это разве плохо?"
"— Интересы Рода выше интересов отдельного его представителя, — метиска подняла на меня глаза; светло-зеленые, с легким оттенком бирюзы. — Представь: ребенок вырос, и хочет поступить в академию Культур, а совет Рода против.
