Испекла кофейный пирог, который обожал Кеша, приготовила Агапу его любимую рыбку по-апрански. Братья перемены в моем настроении заметили, и на обед мы собрались на террасе, как ни в чем не бывало.
— Нина, вот че, — начал Агапий, — ты у нас молодец. Если ты собираешься куда-то уходить — нечего спрашивать у меня разрешения. И одеваться ты можешь, как хочешь.
То ли вид рыбы так благотворно на него повлиял, то ли он просто понял, что иногда перегибал палку, ограничивая меня во всем. Аркадий залюбовался нами — да и как не залюбоваться людьми, которые так трогательно краснеют!
— Ничего, Агап, вот женишься, и будет тебе, кого воспитывать.
А потом и ты, Кеша. И родятся у вас дети, и разрастется клан Ветровых, и завоюет галактики! И станем мы властелинами вселенной!
— Интересно, это нормально — бояться членов своей семьи? — проговорил задумчиво Кеша.
— Но-но! Будешь так говорить, останешься без пирога!
— Еще и угрожают! — пожаловался мужчина.
Мы принялись за еду, сожалея только о том, что самого непутевого Ветрова нет среди нас.
После обеда я позвонила Темке, но он не ответил. Не ответил и Гаррисон. Я по-прежнему чувствовала, что с Милу что-то нечисто, и мой деятельный ум требовал разрешить эту загадку.
А не спросить ли у Ли Малейва? Он был единственным среди моих знакомых, кто знал характер, привычки и цели Милу. К тому же, ему можно было доверять… в некоторых пределах. Да и долг я ему хотела отдать как можно скорее, чтобы он не потребовал его в самый неподходящий момент.
Почти не волнуясь, я набрала его номер.
Соединение установилось.
— Блага, Ли. Я хочу больше узнать про твою сестру, — мой голос был бесстрастен, как у андроида.
Он молчал так долго, что тщательно созданная мной бесстрастность испарилась без следа, как и ясность в мыслях. По ТПТ невозможно ошибиться номером… Тогда почему же он молчит?
— Ты напугала меня, — наконец выдал мужчина.
— Напугала? — мой голос предательски дрогнул.
— Конечно. Мне ты можешь позвонить только, если случится что-то совсем ужасное.
Снова флирт с его стороны! Нужно от этих его заигрываний избавиться. Он должен понять, уяснить, зарубить себе на носу, что нас могут связывать только приятельские отношения.
— Нам нужно встретиться, — сухо сказала я.
— Тринадцатого, три часа дня, — так же сухо ответил он.
— Тринадцатого я буду уже в учебке.
— Значит, встретимся в академии.
— Ты настолько занят? — не удержалась я от вопроса.
— Да. Занят.
— В таком случае, извини за беспокойство.
