Курсантка с фермы. Имитация любви (СИ)

И меня желчный препод иногда третировал так, что я потом от слез в туалете давилась, и не понимала – ну, зачем постоянно упоминать про то, что я слишком молодая, «слишком младшая» и слишком глупая?

Теперь понимаю, почему майор так злился. Крастон прав – я девчонка, младшая, и ручки у меня, как сухие веточки… Я ничего не могу сделать, чтобы хотя бы обезоружить лирианца. Он ударил меня с фантастической скоростью, и любая моя попытка самообороны только вызовет у него смех. И в мою легенду с бабушкой он тоже не поверил.

— Цвин меня подери, — пробормотала я, — а ведь нас не выпустят! Это конец! Понимаете? — спросила я у мужчин. Ли меня не услышал, так как был без сознания, а Солд оставался недвижим, если не считать мерного опускания и поднимания груди. Он меня словно и не видел, и не слышал. — Как же вам везет, что вы ничего не понимаете… что вы сейчас оба в отключке.

Я приготовилась к длительному ожиданию, но лирианец не заставил себя долго ждать и вернулся очень быстро.

Лирианец опустил подставку с кристаллом у самой решетки и приказал Солду подтащить центаврианина поближе.

— Это жертвенный кристалл? — спросила я. — Почему он круглый?

— Потому что был выращен искусственно, — ответил старший и, взяв руку Ли, возложил ладонь центаврианина на источник высокой энергии.

Я, затаив дыхание, посмотрела на Ли. Лицо его оставалось серым, но дыхание участилось, и пальцы начали сгибаться. Он дернул головой, открыл глаза – темные, почти черные – и шумно, болезненно вздохнул.

— Есть контакт, — кивнул старший, подождал еще секунды две и приказал Акеле: — Солд, оттащи цента от кристалла.

только орионец оттащил Малейва от решетки, я тотчас склонилась над ним. Кожа Ли оставалась все такой же серой, но сердце стало биться ровно, да и дыхание центаврианина стало более ощутимым.

Старший отодвинул кристалл подальше от решетки и протянул руку сквозь ее прутья. Поманил:

— Иди сюда. Подлечу.

— Зачем тебе меня лечить?

— Я не могу портить твое тело.

«А вот это уже хорошо. Это значит, что убивать нас он не собирается».

Я поднялась, подошла. Ладонь лирианца опустилась на мой лоб – в который уже раз.