Лабутены для Золушки

Дмитрий Быстров понимал, конечно, что Борсхана – жуткое место. Но другого шанса вырваться в загранку с такой высокой оплатой у него не было.

Скрип досок под рифлеными подошвами прекратился, Афолаби замолчал и остановился у окна. Это был сигнал переводчику, тот вдохнул поглубже, и принялся говорить.

– За успешное выполнение контракта вы получите пятьдесят тысяч долларов. Это немалые деньги. Но в случае, если кто-то из вас злоупотребит нашим доверием, вы не выедете из Борсханы. Живыми во всяком случае.

Афолаби обернулся и упер в Быстрова холодный, недобрый взгляд.

«Ну вот, началось, – подумал Дмитрий Быстров. – Как они все-таки любят пугать по старой людоедской привычке. Хотя и изображают демократическую страну».

– Что ж, все ясно. Мне бы все-таки в душ, с дороги-то…

Переводчик посмотрел на него с некоторым удивлением, но, про душ, похоже, перевел. Афолаби смерил его таким неподъемно тяжелым взглядом, что Быстров тут же внес коррективы в суждение о борсханцах.

Пожалуй, в их поведении старых, «додемократических» привычек и впрямь немало. Но ведь может оказаться, что грань между показным и настоящим эти незамутненные цивилизацией люди различают плохо. Увлечется игрой – и забудет, что пистолет настоящий, а пулю в лоб уже не переиграешь…

– Гостиница где-то рядом, да? – Быстров постарался изобразить дружелюбие.

Этого переводчик уже не стал переводить – то ли поленился, то ли решил дать понять белому, что лучше бы ему помолчать.

Афолаби прошелся по комнате – сначала до двери, потом до стены, подошел к своему огромному столу и, помедлив, поманил гостя.

Тот, с некоторой опаской, приблизился.

Розовато-молочный ноготь на иссиня-черном пальце ткнулся в покрытую французским текстом бумагу. Афолаби вынул из кармана толстую ручку с золотым пером, положил на контракт.

Быстров расписался на каждой странице, свой экземпляр отделил от стопки и свернул трубочкой.

– Вечером вас познакомят с напарником, – бросил ему Афолаби по-французски, глядя в стол.

 – Мой помощник Бонгани сейчас сопроводит вас в гостиницу. Он и будет непосредственно руководить вашей экспедицией.

Как бы подтверждая его слова, молчаливый человек отделился от стены, щелкнул каблуками и, подчиняясь знаку Афолаби, подошел к столу и стал рядом. От него сильно пахло потом.

Быстров удивился, что Афолаби разговаривал через переводчика: его французский был вполне приличный.