Лабутены для Золушки

– Если у тебя есть какие-то сбережения, не трогай, и мужику своему о них не говори, – наставляла Татьяна Витальевна, громко щелкая клавишами допотопного калькулятора. – Мало ли у девушки может быть желаний, в Ницце в этой. Не все же у своего-то просить. Переведи деньги в доллары… или что у них там… и положи на карточку, чтоб в дороге не украли. Карточку легко в лифчик запрятать, а можно к трусикам карман изнутри пришить, как мы в свое время делали…

– Курорт курортом, а свитерок какой-нибудь захвати, – говорила Алена.

 – Я в Википедии прочитала: климат там хоть и субтропический, но случаются сильные ветры. Французы эти – они ж натуры поэтические, даже названия своим ветрам дали. Красивые: «мистраль», «сирокко», «леванте»…

– Задолбала ты своим умствованием! – перебила Наташка. – Нет там никаких твоих дурацких ветров!

Но Алена не обратила на нее внимания.

– Кстати, Кирка, у тебя какой размер?

– Сорок четыре – сорок шесть.

А что?

– Тридцать восемь. А в чем дело?

– В универмаг возле меня халаты пляжные привезли, немецкие. И туфли на низком каблуке, в путешествии очень понадобятся…

– Да не слушай ты ее! – активно подключилась к разговору Наташка. – Это индийское барахло, нитки наружу торчат. Вот в Тихвертоле действительно кайфовые купальники появились! Я вчера пощупала – настоящий германский эластик, не Китай какой-нибудь! Трусики сзади вот так, – она продемонстрировала на своем модельном бедре.

 – Один шнурок, а по верху стразики, миленькие такие… Нагни своего, пусть прикупит!

Кира всех выслушивала, отвечала что-нибудь вежливо-неопределенное, и думала о своем.

«Теперь, если через две недели не вернусь в эту трижды проклятую контору с морским загаром и пропахшими морской солью волосами, не предъявлю им фотографии со всем этим гламурным ассортиментом: яхта, море, пальмы, песок, и главное – ох – главное, мускулистый мачо, как его там? – богатый, красивый, влюбленный… буду опозорена на всю оставшуюся жизнь», – думала Кира и ее одолевала тоска.

И вот наконец этот день настал. День отпуска – никогда еще не встречала его Кира в такой растерянности и мрачном расположении духа.

Утром она оформила самой себе ведомость на получение отпускных: за все про все, с премиями и прогрессивкой ей полагалось тридцать тысяч полновесных российских рублей.