Лайтларк

Где бы на острове Луны ни была правительница, шпионила для нее синяя птица или нет, Клео все равно знала, что они на ее земле. И то, что Оро ступал туда безоружным столько раз, служило самым красноречивым посланием.

Столетний турнир был игрой. А Оро по-прежнему оставался его самым сильным игроком.

Пробираясь по снегу к последнему месту, Айсла старалась не думать о беловолосой правительнице. Она размышляла о Сердце.

Будет ли оно цветущим, как примула?

Или холодным, как сердце в груди короля Лайтларка?

Айсла повернулась к Оро и обнаружила, что он за ней наблюдает.

Всего одно место. И все будет кончено.

Территория виндерлендов находилась далеко за пределами снежного королевства Клео. В его северо-восточном углу лежал клочок земли столь вероломно холодной, что был почти непригоден для жизни. Айсла спасалась теплом, которое источал Оро, как щитом. Король расширил его так, чтобы окутывать дикую полностью, и мороз всего лишь пощипывал ей кончик носа.

Льдины, острые, как зубы, торчали из-под земли под углом, словно пучок клинков. Айсла крепко сжимала рукоять меча, настороженно осматриваясь. Изучая все вокруг и ступая вместе с Оро в лес мертвых деревьев, похожих на покрытые снегом скелеты.

Первое мгновение царила тишина. А в следующее – виндерленды попрыгали с деревьев прямо на тропу, и ночь взрезали крики. Показались и остальные, кто прятался за стволами, нацеливая в шею Айслы и Оро стрелы.

Айсла улыбнулась – уголками губ. И обрушилась на врага.

Три ее стрелы вылетели одновременно, и каждая попала в цель. С верхних веток рухнули тела. Айсла пригнулась, уходя от клинка, что метнули в ее сторону, затем развернулась уже с мечом в руке. Она выпотрошила мужчину, приставившего кинжал ей к сердцу, потом провернула то же самое с высокой женщиной, которая нацелила ей в висок ржавый топор.

Из свободной руки взметнулись звездочки – прямо в горло мужчины, который спустя полсекунды вонзил бы клинок в спину Оро.

Огонь Оро зашипел, взревел, уложив сразу пятерых, чье оружие почти беззвучно попадало в снег. Одного король приморозил к дереву. Другого отбросил кубарем ударом стелларианской силы.

Айсла завертелась, стремительная, как волчок, ее меч находил и взрезал плоть с той же легкостью, с какой зубы дикой погружаются в нежные сердца.