Да это даже в мыслях звучало абсурдно!"
"Слушая в полнейшей ночной тишине его глубокое, ровное дыхание рядом, ощущая теплоту его тела у себя за спиной, зная, что в любой момент он может что-то смешно пробурчать во сне и прижать к себе своими сильными ручищами — мне хотелось послать все к чертям. Что имело смысл без него? Ничего. Даже сама себе бессмысленна, если его не было рядом.
А бабушка… Да, моя душа рвалась от горечи и чувства несправедливости. Может, мне и не следовало упоминать мою мать, но, как бы там ни было, разве это давало ей право ставить мне ультиматумы?
Практически всю ночь, между бессчетными попытками провалиться в сон, мой взгляд то и дело выхватывал светившийся экран телефона, на котором мелькал звонок от абонента «Бабушка».
Но отвечать на них я и не собиралась.
Глава 39
— Кир, ты же не собираешься морить себя голодом? — сидя за столом в кухне, Егор нахмурил лицо, придвигая тарелку с какими-то овощами ко мне. — Вторые сутки без еды — это уже не нормально. Хотя бы поужинай.
Я провертела пальцами тарелку перед собой, безразлично уставившись на ее содержимое.
Никакого аппетита, даже несмотря на то, что последний раз мой организм получал еду в день, когда мы знатно зажгли в клубе, то есть позавчера.
— Не хочу, — вяло отозвалась я, гипнотизируя сочные помидорки в салате, не вызывающих во мне никакого желания их уничтожить. — Мне кусок в горло не лезет.
Егор напряженно вздохнул, кладя свою ладонь на мою:
— Послушай…
— Ты же сегодня быстро вернёшься? — поинтересовалась я, поднимая глаза на сидящего рядом Егора.
— Туда и обратно. Обещаю. Заберу машину со стоянки клуба и все.
— Бабушка все время названивает, — устало произнесла я. — А я даже не знаю, что ей сказать. Мне надо как-то вернуться домой, собрать вещи и дозвониться Машке. Ты сможешь меня сегодня или завтра утром отвезти к ней?
Но блондин почему-то молчал, задумчиво смотря на меня в упор, словно пытался подобрать какие-то фразы для ответа.
— Его-о-р… — напряглась я, резко подаваясь вперед на стуле.
— Ты не поедешь к Маше, — спокойно произнес он.
От его неожиданного заявления я лишь широко распахнула глаза и уставилась на него с немым вопросом.
— Короче, пока ты два дня ходила молча, с перерывами на сон и поплакать, я тут кое о чем подумал… — начал он.
Я тут же закрыла лицо ладонями, качая головой:
— Только не твоя очередная вспышка сообразительности! Сжалься надо мной, — взмолилась я, понимая, что не готова ни физически, ни морально куда-то опять срываться и бежать.
