Как же это...
Меня штормило, в глазах плясали черные мушки, а тело дрожало и лихорадило. Трясло.
Тирианец провел ладонью по моему животу, а затем погладил мой клитор кончиками пальцев. Он сделал это с настолько порочной улыбкой, что мою голову от нее напрочь снесло, словно от порции крепкого алкоголя.
Его глаза уже даже не темно-синие, а по-настоящему черные, наполненные сверхъестественным свечением, впились в мои, опьянённые этим мужчиной до самого предела. До дна. До бесконечности.
Он словно впитывал в себя мое удовольствие, видя, как распаляет меня еще сильнее.
Я невольно потянулась в ответ. И это стало для него спусковым механизмом. Безмолвным сигналом к действию.
Он раскрыл меня еще сильнее и надавил, скользнув внутрь сразу на всю возможную длину.
Мои глаза закатились. Я всхлипнула и подалась навстречу.
Под веками плясали свой бешеный танец звезды.
На миг напряглась, замерла, чтобы все... прочувствовать...
Вздохнула, расслабилась и... улетела...
В первом проникновении мужчины в самый первый раз есть что-то сакральное, волшебное.
С Этисом это ощущение единения, полного и безграничного доверия, максимальной близости не исчезает ни после второго, ни после третьего толчка. Каждый раз, когда он входит в меня и останавливается, замирая и позволяя мне снова и снова ощутить каждую фрикцию внутренними мышцами, я чувствую эту невидимую связь, окутывающую нас.
Его силу. Энергию, которой быть вроде бы не должно. Это до невозможности странно, но кажется, что воздух вокруг густеет, тело наливается тяжестью, словно наполняется чем-то неведомым, вибрирующим, горячим.
Движения Этиса из плавных становятся рваными, быстрыми и максимально глубокими. Я вижу капельки пота на его лбу, чувствую, как его плоть становится еще тверже. Он ласкает мой клитор пальцами, награждая меня хаотичными короткими поцелуями в губы, щеки, шею, подбородок.
Под кожей горит нестерпимо. Везде.
Волна жара. Еще одна.
От избытка ощущений у меня закладывает уши и кружится голова.
Новый толчок.
Взрыв. Свет гаснет. Маленькая смерть настигает.
Убивает. Накрывает последней, самой мощной волной. Опустошает и воскрешает одновременно.
Этис изливается в меня, а я...
Я ухожу в нирвану, где нет ни мыслей, ни тревог, а только чувственное удовольствие, которое поглощает всю мою сущность, каждый кусочек кожи, каждую мышцу и превращает кровь в пузырящуюся огненную лаву.
Тирианец падает на меня. Дышит в ухо, продолжая находиться внутри меня.
— Лали?
— Я жива, — хихикаю я. — Полежи так еще.
