Лакей и я

Твой самый лучший советчик — ты сам: знаешь, как поступить правильно. Так сделай это, когда речь пойдет о голосовании и парламенте.

— И с мисс Уортон, — добавил Лукас.

— Ну да, и это тоже, — ухмыльнулся Белл.

Лукас тяжело вздохнул.

— Бо́льшую часть прошлого года я агитировал голосовать за этот закон всех, кто соглашался меня слушать.

— Поэтому у тебя еще есть время: месяц или два, — чтобы пойти на попятную. — Белл засмеялся. — Но что-то мне подсказывает, что при поддержке мисс Уортон у тебя все получится.

Лукас стиснул зубы.

— Она не станет меня поддерживать. А когда узнает, кто я на самом деле, и вовсе возненавидит.

Белл всем своим видом выразил недоумение:

— Даже если ты изменишь свое мнение относительно закона?

— Но ведь я лгал ей, причем неоднократно, как быть с этим? — в отчаянии стукнул кулаками по столу Лукас.

Белл кивнул.

— Значит, остается только одно: сказать ей правду, — и будь что будет. Пусть решают звезды.

Лукас посмотрел в окно: на темном ночном небе не было ни одной звезды.

— Скажи-ка мне, лорд Беллингем, когда ты успел стать таким мудрым?

Белл пожал плечами.

— Знаешь, днем, когда высплюсь, я еще мудрее.

Глава 27

Лукас пришел в библиотеку раньше обычного: не спалось, надоело ворочаться в постели, — и, решительно отбросив одеяла, он встал и принял обличье графа Кендалла, причем без помощи камердинера."

"Ливрея лакея была аккуратно сложена и упакована в сундук. Сначала Лукас намеревался при первой возможности сжечь одиозное одеяние, но потом передумал: нет, он не станет жечь приличную одежду, а подарит одному из слуг.

Время, проведенное в качестве лакея, многому его научило, и в первую очередь — бережливости. Вещи, которые с легкостью выбрасывают их хозяева, слуги могут носить еще долго, что существенно экономит бюджет.

Эксперимент подошел к концу. Лукас подбросил последнее полено в камин. Вот так. Чем бы это для него ни кончилось, он расскажет Фрэнсис всю правду. Ему осточертела ложь. Если она его возненавидит, значит, так тому и быть. Лучше уж так, чем потом всю жизнь мучиться сомнениями.

Он все тщательно обдумал: как Лукас, накануне попросил о свидании в библиотеке; как Кендалл, еще ранним утром ответил на ее записку, пообещав встречу до его отъезда.

Лукас сидел за столом спиной к окну, когда вошла Фрэнсис в платье цвета сливочного масла и туфельках ему в тон. Темные волосы, заплетенные в две косы, были уложены вокруг головы. Еще никогда она не выглядела такой красивой. А он намеревался причинить ей боль.