– И куда он подевался?
– Понятия не имею! – растерянно ответила я, а потом, наблюдая, как над улицей носятся вороны, предположила: – Улетел, с птичками!
– Офигела, да! – вскинулась Ася. – Ой, слушай!
– Мя-у-у-у, – понеслось сверху.
Мы задрали головы. На балконе третьего этажа жалобно причитал невесть как очутившийся там Макс.
Не сговариваясь, мы с Аськой бросились в дом.
Дверь нужной квартиры нам открывать не хотели. Ася долго жала на звонок, потом стала бить ногой в дубовую панель.
– Хватит, – попыталась остановить ее я, – может, хозяева на работе.
– Поздно уже, – отдуваясь, ответила Залыгина, – небось, не слышат! Эй, открывайте!
Бум, бум, бум!
– Кто там? – слабо прошелестело с той стороны.
– Отдайте Макса, – заорала Ася, – ау, слышите, к вам мой Макс попал, верните!
За створкой повисла тишина.
– Впусти нас, – забилась в дверь Ася.
– Девушка, – вступила я в переговоры, – не бойтесь! Ничего плохого мы в уме не держим. Нам только Макса забрать, и все.
Но хозяйка квартиры не отзывалась.
– Ну ты и дрянь! – завопила Залыгина.
– Ведь дома сидишь! Верни Макса.
– Мы вас не тронем, – дудела я, – нам лишь Макс нужен, бедный наш, мальчик любимый!
Ася со всего размаха пнула дверь."
"– Ну ты меня достала! Ща вышибу на хрен! Вызывай милицию, сажай потом, а Макса я заберу!
Глава 19
Неожиданно дверь растворилась.
– Чего вам надо? – дрожащим голосом спросила хорошенькая девушка в криво застегнутом халатике.
– Макса, – хором сообщили мы с Асей.
– Он сам пришел, – плаксиво сообщила хозяйка, – я его не приглашала.
– Знаю, – нервно воскликнула Ася.
– Он вас не поцарапал? – озабоченно поинтересовалась я.
– Нет, – еле-еле сказала девушка, – а что, мог?
– Еще как, – стала объяснять я, – не хотел есть таблетки, отбивающие охоту к сексу, все выплевывал, еле-еле в него дозу впихнули. Так он озверел!
– Заорал, зашипел, – подхватила Ася, – и к тебе помчался, весь в каше! Ишь! Пакостник!
– Почему в каше? – очумело завертела головой девушка.
– Хватит тары-бары разводить, – Ася решительно отодвинула хозяйку в сторону.
– Уж извините, – попыталась я загладить бестактность Залыгиной, – что мы к вам ввалились, только Макса взять надо, а он сейчас злой до умопомрачения, вам не дастся. Так мы пойдем, прихватим Максика?
– Ага, – кивнула девушка, – то есть нет!
Но мы уже вбежали в комнату, оказавшуюся спальней. Большая кровать была раскрытой, на тумбочке высилась бутылка шампанского, а из магнитофона неслась сладкая песня, кажется, в исполнении Иглесиаса.
