Глава 15
Положив бумажку с адресом в сумочку, я поспешила к Олесе. Путь к ее дому лежал мимо метро, плотная толпа втекала и вытекала через стеклянные двери, чуть поодаль теснились столики, на которых были навалены всякие дрянные товары: носки, расползающиеся в руках, фломастеры, не желающие писать, мыло, не отмывающее грязь, и полотенца, которые не промакивают воду, а смахивают ее с вашего тела. Но люди смотрели на цену и бойко расхватывали никчемные вещи.
Я стала продираться сквозь толпу, удивляясь про себя глупому поведению окружающих.
Ладно, вон та ручка стоит четыре рубля, дешевле только даром, но ведь с ее помощью нельзя написать ни одной буквы! Не лучше ли приобрести в магазине стило за десятку и спокойно им пользоваться? Ох, не зря экономные немцы говорят: «Мы не настолько богаты, чтобы покупать дешевые вещи». Ну как вы думаете, что лучше – схватить несколько стержней по четыре целковых и понять, что они не принесут никакой пользы, или купить нормальный «шарик»?
Мы вот с Катюшей давно сообразили, что бывает глупая экономия.
Ботинки из искусственной кожи на синтетическом меху, смастеренные ловкорукими вьетнамцами, не переживут даже один зимний месяц, придется снова покупать обувь. А хорошие, качественные сапожки с цигейкой прослужат два, а то и три сезона. Элементарное знание математики покажет, что дорогая вещь выйдет в конце концов выгодней дешевой.
И тут мой взор упал на шарфик. Я пришла в полный восторг – такой красивый, нежно-розовый. Ноги сами собой подбежали к столику.
– Сколько? – поинтересовалась я у торговки, круглощекой девахи с лукавыми глазами.
– Это фирма, – предупредила та. – Дерьмом, как некоторые, не торгую! Сама товар вожу, а потом торгую себе в убыток. Пятьдесят рублей!
Я пощупала тоненький, похожий на марлю материал. Наверное, неноский, но какой красивый. В конце концов, пять десяток не такая уж и накладная сумма…
– Давай вон тот, который слева висит.
Торгашка сняла приглянувшийся мне шарфик и спрятала деньги в напоясную сумку, я повязала обновку на шею и посмотрелась в зеркало.
Однако и повезло мне сегодня!
Забыв о всех делах, я пялилась в пудреницу. Нет, все-таки розовый самый мой цвет, от него бледные щеки приобретают нежный оттенок, глаза становятся ярче…
– Думаешь, триста баксов всучили, и все? – прохрипел сбоку знакомый голос.
Мои глаза оторвались от зеркальца, взор переместился влево.
У стены, на которой висели телефоны-автоматы, стояла Алла.
