А вот чего похуже ему и отдать не жалко, и он в дело пустит, и у меня место освободится.
— А что это вы с лампой ходите, Наташа? — спросил дядюшка Лео. — Или экономите на освещении? Так это вы бросьте. Магического заряда в этом доме еще года на три хватит. А такие прекрасные глазки портить впотьмах — чистое преступление.
И старьевщик мимоходом велел моему “умному” дому:
— Свет в коридоре, голубчик, да поярче.
И — о, чудо! — над нами ровным тоном засветился потолок.
Вот это я понимаю — чудеса технологии! Или все же магические фокусы? Интересно, а у меня так получится?
В ванной мой спаситель оценил фронт работ, поковырял черную затычку, отер руку о штаны и покачал головой:
— На совесть делали, драконьи огрызки.
— Дядюшка Леопольд, зачем это сделали, как думаете? И как тетушка Женевьев без воды-то обходилась? — поделилась я недоумением.
— Тетушка Женевьев магичка не из слабых была, — важно заметил он. — По-своему, сталбыть, воду получала. Но вы не печальтесь, мадемуазель, поможем вашей беде.
Дядюшка Лео покопался в своем ящике и извлек из него медный кран и к нему целый набор начищенных до блеска финтифлюшек: шайбы, гайки, регулирующие воду барашки. К ним прилагался клок пакли, изуверских размеров гаечный ключ и небольшой ломик.
— А это зачем? — не удержалась я от вопроса."
"— Против лома — нет приема! — назидательно изрек он. — Приступим. И я буду не я, если не справлюсь с такой ерундой.
Потом поплевал на руки и примерился к черной затычке.
Памятуя, что над душой мастера во время работы лучше не стоять, я потихоньку вышла и на всякий случай опять проверила запертую дверь.
А вдруг? Дверь не шелохнулась.
— Дверь, голубушка, отопрись, — пытаясь скопировать интонацию дядюшки Лео, повелела я.
Не вышло. Жаль.
Со светом тоже, наверное, не выйдет.
Прежде чем произнести волшебные слова второй раз, замешкалась, но быстро взяла себя в руки.
— Свет в кладовой, голубчик, да поярче, — как можно увереннее повторила я.
Глава 5.3
Аллилуйя! Потолок послушно засветился теплым ровным светом.
Я прямо как заправский маг.
Ну, теперь-то пойдут дела. Где тут вчерашние сундуки с тряпьем? С них и начну.
К моменту, когда из ванной донеслось оптимистичное фырканье крана вперемешку с журчанием воды, я набрала уже кучу барахла, которое в продажу точно не пустишь и для собственных нужд не применишь.
Старушечьи халаты и платья невнятного выгоревшего цвета, которым место разве что среди ветоши.
Старые шторы, по всей видимости из спальни.
