Он вдруг всплеснул руками, ринулся к тележке и принялся сдвигать ящики, приговаривая:
— Что это я, старый дурак, мадемуазель такую тяжесть в своих нежных ручках держит, а я совсем ничего не вижу, лопни мои глазоньки!
Я вдруг тоже подумала: “Что это я, как дура, стою наперевес с такой тяжестью?” И наконец-то опустила ведра на мостовую.
Дядюшка Леопольд легко расчистил завалы и освободил место для моей ноши.
— Ставьте, моя дорогая, ставьте, — проговорил он. — Нам все равно по пути.
От столь щедрого предложения грех было отказываться.
Я водрузила ведра на тележку. Месье Сюар потянул ее за ручку и покатил на нашу улицу. А мы продолжили душевный разговор.
* * *— Дядюшка Леопольд, — спросила я, — вы говорили, что мастер на все руки.
— Что правда, то правда, — он остановил свой транспорт и сунул мне под нос мозолистые ладони, — я этими руками могу всё!
— Так уж и все? — лукаво улыбнулась я.
— Вы меня обижаете недоверием, мадемуазель Наташа. Вот скажите, что у вас дома нужно починить?
— Водопровод! — тут же вырвалось у меня.
— А-а-а, — протянул он с облегчением, — а я-то думаю, что за блажь тащить ведра за тридевять земель, когда дома в кране есть вода."
"— Нету, — выкрикнула я горячо, — нету воды. И крана нету, в том-то и дело.
Чуть задумалась и добавила:
— И денег нет, чтобы заплатить вам за работу.
Месье Сюар бросил взгляд на плохонький наряд Наташи Риммель и понимающе кивнул.
— Что денег нет, мадемуазель, то не беда. В вашей лавке наверняка найдется для меня много нужного.
Он любовно огладил рукой ящики со своими сокровищами.
— Так что сочтемся.
За разговорами мы совершенно незаметно подкатили к моей лавке. Месье Сюар остановил тележку, а я лишь только потянулась к ручке, как дверь сама собой распахнулась.
Над порогом застыла грозная бабуля. По бокам ее смирно висели два драконьих ангелочка.
— Вот в мое время, — она назидательно воздела палец вверх. Пенсне на ее носу возмущенно блеснуло. Малышня перепугано прыснула в дом. — Благовоспитанные девицы не покидали жилище, не заперев дверей!
— Мадам Тереза! — улыбка соседа стала совершенно счастливой.
— Вы как всегда невыразимо прекрасны!
— Старый льстец! — небрежно бросила бабуля, но было видно, что ей безумно приятно.
Глава 5.2
С дядюшкой Леопольдом мы договорились на послеобеденное время.
Старый ловелас вновь рассыпался в комплиментах мне, бабуле и всем дамам вокруг. После раскланялся и удалился. А меня практически под конвоем затолкали в дом.
