Может, хоть там мне помогут.
Аромат из дверей шел божественный — пахло кофе и свежей выпечкой. Переступив порог “Пончика”, я зажмурилась и попросила у высших сил: “Пусть все это закончится. Пусть это место окажется самым обычным кафе, а я снова стану сама собой”.
Я так задумалась, что сама не заметила, как на кого-то налетела. Ноги споткнулись, закончили свой путь, а тело по инерции продолжило двигаться. Я выставила перед собой руки со сковородкой и с ужасом поняла, что сейчас позорно растянусь на полу, а к шишке на голове и ушибу полупопий добавится еще и синяк на животе.
“Растяпа ты, Наташка!” — промелькнуло в голове. Глаза машинально зажмурились.
— Осторожно, мадемуазель, — раздался бархатный баритон. Глубокий, как южная ночь, и совершенно волшебный. Не голос, а услада для слуха юной девы.
Глава 2
Где я сталкиваюсь с таинственным незнакомцем и тут же умудряюсь с ним повздорить
Сильные руки подхватили меня, поставили ровно, придержали за плечи.
Я приоткрыла один глаз и окончательно обомлела.
Это мне снится. Точно снится! В жизни таких мужчин не бывает. Это сон!
Мой спаситель был чертовски хорош собой. Не той слащавой красотой, что вошла в моду последнее время. Вовсе нет. Он был высок, широк в плечах, прекрасно одет. Темные волосы ниспадали небрежной волной, прикрывая уши. Зеленые, как весенняя трава, глаза смотрели неодобрительно. Губы совсем не улыбались.
— Если не будете смотреть под ноги, мадемуазель, — все так же мягко произнес спаситель, — то рискуете когда-нибудь убиться.
Что? И этот надумал меня учить? Что они все здесь, сговорились? Ну уж нет! Всё очарование бархатного голоса исчезло без следа. Используй свои чары для местных дурочек, красавчик!
Я вывернулась из мужских объятий, отступила на шаг и совсем не вежливо выпалила:
— А вы постарайтесь впредь не путаться под ногами у посторонних девиц!
За стойкой ахнула хозяйка. Я и сама почувствовала, что переборщила, но отступать было поздно.
— Понятно? — добавила я.
Незнакомец усмехнулся. В глазах его заплясали игривые искорки, но голос остался столь же ровным.
— Постараюсь учесть, ваше пожелание, мадемуазель.
Он нарочито вежливо поклонился.
— То-то же! — я решила оставить за собой последнее слово.
Гордо распрямила плечи и направилась к свободному столику у окна. Чувствовала я себя при этом неблагодарной особой. Наверное, мой спаситель думал обо мне так же. И точно!
В спину мне донеслось:"
"— А могли просто сказать спасибо. Этого было бы вполне достаточно.
