Лазоревый грех

Вы знали, что вы трое не можете меня прокормить?

— Жан-Клод говорит, что твой аппетит вскоре должен снизиться. Мы втроем могли бы прокормить тебя, если бы это было только раз в день. Два раза в день — уже сложнее.

— Почему ты мне не сказал?

Он обнял меня, и я не сопротивлялась, но радости мне в этом не было.

— Потому что я знаю, насколько для тебя трудно допускать в свою постель кого-то нового. И надеялся, что этого удастся избежать.

Это он мне напомнил.

— Так вот это вроде как случилось.

— Что именно?

— Я взяла нового в свою постель.

Мне бы надо было сгореть от смущения, не мое умение смущаться уже совсем не то, что было раньше.

— Кого? — спросил он тихо.

— Ашера.

— Вы с Жан-Клодом, — сказал он.

Я кивнула.

Он прижал меня к себе:

— А почему сейчас?

Я изложила ему мои соображения.

— Сегодня вечером ваши гости будут очень недовольны.

— Надеюсь. — Я повернулась у него в руках, чтобы заглянуть в лицо. — Тебя это беспокоит — насчет Ашера?

Он на секунду задумался:

— И да, и нет.

— Объясни, почему да.

— Пока тебе нужно питать ardeur, все в порядке. Я слегка беспокоюсь, что будет, когда ты наберешь себе связку мужчин, а ardeur пойдет на спад. Если их будет слишком много, то ты кого-то из них сделаешь несчастным.

— Об этом я не думала, — нахмурилась я. — Я в том смысле, что по-настоящему у меня было только с тобой и сЖан-Клодом.

— Я скажу, что сказал бы Жан-Клод, будь он здесь: ma petite, ты буквоедствуешь.

— Ладно, поняла. Я не собираюсь выкидывать Натэниела из своей постели только потому, что ardeur утихнет.

— Нет, но сохранится ли у тебя желание касаться его так, как он привык ожидать?

Я отвернулась, чтобы не смотреть в эти честные глаза.

— Не знаю. Если честно, то просто не знаю.

— А Ашер?

— Не все сразу.

— А Ричард?

Я помотала головой, щекоча волосами его грудь.

— Непонятно. Ричард едва выносит мое соседство в двадцати футах.

— Ты всерьез хочешь сказать, что, появись он здесь и предложи вернуть все назад, ты откажешься?

Настал мой черед застыть неподвижно. Я подумала, постаралась подумать разумно, беспристрастно.

— Не знаю, но склоняюсь к этому.

— Правда?"

"— Мика, у меня остались еще чувства к Ричарду, но он меня бросил. Бросил, потому что мне с монстрами проще жить, чем ему. Бросил, потому что я для него слишком кровожадна. Потому что я не тот человек, каким он хочет, чтобы я была. А быть такой, как он хочет, у меня никогда не выйдет.