Лебединая песня. Любовь покоится в крови

На первую репетицию Адам отправился с тяжелым чувством и вернулся домой в замешательстве.

— Что-то случилось? — спросила Элизабет, встречая его в прихожей.

— Да, — ответил он. — Эдвин изменился.

— Что значит изменился? Перестал хамить?

Они перешли в гостиную, где в камине пылал огонь. Элизабет налила в рюмки херес.

— Перестал не то слово. Он теперь предупредителен и дружелюбен сверх меры.

— Может быть, осознал и устыдился?

— Почему ты отказываешь ему в человечности? Ведь у него была мать.

— У безумного и развращенного сверх всякого предела римского императора Гелиогабала тоже имелась мать.

У всех у нас были матери… Понимаешь, в поведении Эдвина чувствуется какая-то фальшь. Он не искренен.

— Но все равно так лучше, чем открытая враждебность.

Адам покачал головой:

— Не знаю. Это похоже на поцелуй Иуды.

— Не драматизируй, а кроме того, не проливай херес на ковер.

— Извини, я не заметил, — смутился Адам.

— В любом случае, — задумчиво продолжила Элизабет, — я не вижу, чем он может тебе еще навредить.

— Может быть, что-нибудь нашепчет Леви?

Элизабет пожала плечами:

— Да нет. Антрепренер Леви, я думаю, знает цену Эдвину.

— Наверное, ты права. — Адам повеселел. — Ладно, посмотрим, как все будет развиваться дальше. А у тебя что нового?

— Днем пришло письмо, а в нем заказ. И очень выгодный.

— Поздравляю. Новый роман?

— Нет. Серия интервью для воскресных выпусков газеты.

— Да. С частными детективами.

— Тебя это удивляет? — Элизабет чмокнула его в щеку.

 — Мой дорогой, ты еще многое обо мне узнаешь. К твоему сведению, мои первые книги были посвящены популяризации криминологии. Так что я в этом вопросе совсем не дилетантка. Прочитала гору литературы.

— Да прямо завтра с утра напишу и разошлю кучу писем всем своим знакомым.

— А знаешь, у меня тоже есть знакомый детектив. Он занимается частным сыском и не служит в полиции. Профессор Фен преподает английский язык и литературу в Оксфорде.

— Помню такого. Перед войной он раскрыл дело, связанное с магазином игрушек.

Ты должен меня с ним познакомить.

— Обязательно. А пока, Элизабет, занимайся остальными, у тебя их много, а Фена оставим на январь. После Нового года в Оксфорде намечается постановка «Мейстерзингеров», вот тогда мы с Джервейсом Феном и встретимся.

Репетиции «Дона Паскуале» прошли без инцидентов. Шортхаус общества Адама не искал, но был неизменно приветлив. А потом сразу после второго представления оперы случилось неожиданное.