— Ужин готов! — закричал Вадим.
— Пойдемте скорей, — засуетилась хозяйка. — Вадим нервничает, если горячее остывает.
Глава 13
Во время ужина я постоянно поглядывала на Настю и вынуждена была признать правоту Эдуарда. Девочка не выражала беспокойства по поводу отсутствия Валерии, лишь в самом конце трапезы вдруг спросила:
— А где мама?
Софья начала комкать салфетку, Рената, решившая поужинать в приюте, опустила глаза, Эдуард схватил чашку и стал сосредоточенно пить чай. Ситуацию спас Патрик.
— Мама приедет поздно, а завтра рано уйдет.
Ты взрослая девочка, поэтому спокойно заснешь. Утром я отвезу тебя к доктору, он вылечит твои ушки.
Настя, сосредоточенно смотревшая на губы психолога, отреагировала только на последнюю фразу Патрика:
— Я стану как все? Завтра?
Психолог ответил честно:
— За один день не получится. Но надо начать. Пошли, я включу тебе мультик.
Около десяти вечера я спустилась в сад. За мной важно вышагивала Афина и семенил Рип.
— Сделай одолжение, пописай на улице, — попросила я щенка, — неприлично делать лужи в спальне.
Собаки побежали в глубь участка, я в кресле поехала за ними. Софья старается экономить, территория приюта освещена плохо, я сидела почти в темноте и тишине. В сентябре птицы не поют так, как в мае, не стрекочут кузнечики: осенью животный мир не суетится, бережет силы для долгой зимы.
Внезапно за спиной раздался кашель. От неожиданности я привстала, почувствовала сильную боль в левой ноге и с коротким вскриком шлепнулась обратно.
— Напугал вас? Простите, я не хотел, — сказал Патрик, появляясь в зоне видимости.
Я перевела дух.
— Ерунда.
Психолог сел на расположенную рядом скамейку.
— Вы совсем ничего не боитесь? Мышей? Пауков? Жаб? Червяков? Тараканов? Одна моя знакомая падала в обморок при виде гусеницы.
Я засмеялась.
— Господь наградил меня сыном и дочкой, которые обожают разную живность. У нас кто только не жил! Удав, паук-птицеед, рыбы, лягушки, не говоря уж о кошках-собаках-хомячках-ежах. Дети первые месяцы преданно заботились о питомцах, но потом им надоедало чистить клетки, мыть хвосты-лапы, и в этот процесс приходилось включаться мне.
— А как насчет крови? — прищурился Патрик. — Или уколов? Вы способны в живого человека иголку вогнать?
Я развеселилась еще больше."
"— В некоторых людей — с огромной радостью. Если всерьез, то, как все собачники, я умею делать инъекции, а как мама двоих детей, научилась перевязывать раны, лечить ухо-горло-нос, ставить банки.
