Лед твоих объятий

– Тэй, подожди меня в гостиной, – попросил император невесту, и я постаралась выкинуть из головы ненужные мысли. – Это ненадолго.

– Пока, Бекки, – поцеловала меня Тэй. – Еще увидимся.

Она вышла, а я напряженно ждала, что скажет мне Ричард. В груди возникло неприятное ноющее чувство, то самое, что всегда предрекало неприятности.

– Ваше величество? – не выдержав, обратилась к императору.

– Скажи мне, Бекки, что ты видишь? – спросил тот.

– Темноту.

– А нить? Араим? Ты его ощущаешь?

– Я его вижу и чувствую на ощупь.

Он гладкий, как шелк, и светится.

– И сейчас?

– Сейчас нить потускнела и не стало прежнего натяжения.

– Понятно, – задумчиво сказал император и замолчал.

– А почему вы спрашиваете, ваше величество? Что-то случилось с Себастианом?

Сердце дернулось, а потом забилось быстро-быстро.

– Успокойся, Бекки. Кимли тут ни при чем. Я пытаюсь понять, как вернуть тебе зрение. Если ты видишь араим, значит, не все потеряно.

– Хорошо, если так, – кивнула я, но думала не о собственном зрении, а о муже.

Почему-то мне казалось, что император лукавит. Слишком уж поспешно он заговорил о моей слепоте.

– Ваше величество, а вы уверены, что…

– Можешь обращаться по имени, Бекки, – перебил меня император. – Мы с тобой достаточно близкие родственники, чтобы избегать официоза.

– Хорошо, – кивнула я. – Вы уверены, что с моим мужем все в порядке?

– Да, – твердо ответил император. – С Кимли все в порядке. Не волнуйся о нем, Бекки. Он скоро вернется.

– Откуда такая уверенность?

– Я слежу за ситуацией.

 – Ричард взял меня за руку и неожиданно спросил: – А где твой зверь?

– Шанти? Спит. Облюбовал себе место в гардеробной и отключился.

Я не стала уточнять, что спит арс исключительно на половине Тиана, уткнувшись носом в его одежду.

– Да? Ну ладно.

Я услышала, как скрипнуло кресло и император поднялся.

– Рад был тебя увидеть, Бекки, – тепло сказал он.

– Всего доброго, Ричард, – попрощалась я.

* * *Утро началось с тихого стука в дверь и голоса мамы:

– Бекки, ты проснулась?

Мамуля вошла в спальню, и комнату окутал тонкий аромат ее духов.

Фрезия и апельсин. Что-то новенькое! А как же любимые «Гверци»? Она же никогда им не изменяла!

– Детка, ты прекрасно выглядишь. – Мне достался поцелуй в щеку и нежное объятие.

– Спасибо, мам, подозреваю, что ты тоже. – Я улыбнулась, старательно скрывая собственную тоску.

Со вчерашнего дня та не только не прошла, но даже усилилась. А еще я чувствовала, как беспокоится ребенок.